Смогут ли алтайские молочники вернуть себе сыр «Адыгейский»?

С 2017 года только пять сыроваренных предприятий могут производить сыр с маркой «Адыгейский» – все они находятся в одноименной республике. Такая ситуация устраивает не всех: в июле крупные молокоперерабатывающие предприятия обратились в ФАС с запросом отменить этот запрет. Одним из заявителей стала ГК «Столица молока» из Алтайского края.

История вопроса

Напомним, что марка «Адыгейский сыр» была зарегистрирована Роспатентом в 2004 и согласно «наименованию места происхождения товара» сыр, обладающий основными формальными признаками «Адыгейского», может производиться только на территории Адыгеи. Спустя двенадцать лет состоялась первая судебная тяжба по этому вопросу между брянской фабрикой «Умалат» и адыгейскими производителями – ряд судов в 2017 году закончился победой адыгейцев. В том же году заводы «Шовгеновский», «Гиагинский», «Тамбовский», «Красногвардейский» и «Адыгейский», сохранившие за собой право на торговую марку, создали некоммерческую организацию «Союз производителей адыгейского сыра», который принялся бороться судебными средствами с «нелегалами». Когда тяжба добралась до Верховного суда в начале 2018 года, СПАС одержал убедительную победу, получив эксклюзивное право на бренд «Сыр Адыгейский». Проигравшая сторона, в свою очередь, организовала «Ассоциацию производителей адыгейского сыра», куда вошли «Умалат», «Сыр Стародубский», «Рузское молоко» и другие предприятия, в том числе алтайская «Столица молока». Своей целью они обозначили признание «Адыгейского» национальным сортом сыра с правом его производства на территории всей России по единому ГОСТу. Собственно, об этом сыровары и попросили ФАС.

Что говорят бумаги

Как следует из обращения ассоциации, первый аргумент АПАС – противоречие регулирующих документов от ГОСТ и Роспатента. Напомним, что первый не содержит прямого запрета на производство сыра вне Адыгеи, там описываются технические стандарты производства мягких сыров, в число которых включен и «Адыгейский». Сейчас, по итогам судов, приоритетом пользуется второй документ, который признает за «Адыгейским» статус НМПТ (как, к примеру, «Шампанское»). Также он закрепляет за производителями сыра ряд требований – которые, как утверждают члены АПАС, не соблюдаются. Все условия производства «Адыгейского», по их словам, либо не выполняются (например, использование ивовых корзин для формования), либо не уникальны (ручное формование, посолка и обсушка).

Статус НМПТ определяет Гражданский кодекс и он, в отличие от зарегистрированной торговой марки, не дает исключительного и неотделимого права пользования. Если оппоненты смогут доказать неуникальность «Адыгейского» из Адыгеи, они рассчитывают на вмешательство государственного регулятора и отмену решения суда.

«На мой взгляд, шанс выиграть есть, – комментирует «КС» старший юрист юридической фирмы «Ветров и партнеры» Елизавета Разина. – Но для этого пострадавшим однозначно стоит пересмотреть стратегию и тактику ведения дела. Если наименование товара вошло во всеобщее употребление, нельзя установить монополию на его использование. Классические примеры – «тульский пряник», «украинский борщ» и т.д. Для того, чтобы увеличить шансы на оспаривание по этому основанию, точно не стоит ограничиваться простыми заявлениями и ссылками на технические стандарты по изготовлению сыра. Судебные дела с участием АПАС показывают, что эта стратегия оказалась неэффективной».

Одной из ключевых ошибок истцов юрист называет тот факт, что они даже не попытались привлечь к делу тех, чье мнение могло повлиять на исход спора: ритейлеров, социологов, маркетологов, экономистов и т.д. Они ограничились лишь тем, что провели силами агентства BCGroup в центральной России опрос среди потребителей, по результатам которого сделали вывод, что покупателям все равно, что «Адыгейский» сделан не в Адыгее. И это, якобы, весомый аргумент в пользу того, что сыр можно производить всем.

«Спор вокруг «Адыгейского сыра – это как раз тот кейс, где можно и нужно привлекать специалистов в области торговли, маркетинга, социологии и экономики и рассматривать проблему в разных аспектах, возможно, даже с представлением научных выкладок, – резюмирует Елизавета Разина. – Поэтому исход спора в ФАС во многом будет зависеть от смены участниками стратегии защиты и вложения в разрешение конфликта дополнительных ресурсов».

Аргументы и последствия

Согласно заявлению АПАС, результатом введения запрета на производство «Адыгейского» сыра производителям, находящимся не в Адыгее, стало серьезное сокращение рынка адыгейского сыра в России. Они ссылаются на данные розничного аудита компании AC Nielsen, по которым в 2017 году производство свежих сыров в России увеличилось на 11,9%, а продажи «Адыгейского» при этом упали на 15,2%. Из этого был сделан вывод, что существующие предприятия просто не могут насытить рынок и результатом будет лишь рост цен. Кроме того, исполнение требований СПАС может привести к сокращению более 3 тыс. рабочих мест.

Между тем, не все сыровары согласны с тем, что запрет на использование марки «Адыгейский» влечет за собой опустошение прилавков и закрытие предприятий – причем оптимистичную точку зрения разделяют не только адыгейские производители. Один из участников рынка молочных продуктов, также занимающийся производством мягких сортов сыра, уточнил «КС» на условиях анонимности, что эксклюзивное право распространяется Роспатентом только на марку, а не на рецепт. Иными словами, если производитель переименует свой «Адыгейский» в, например, «Кавказский» сыр, его спокойно можно продавать. Елизавета Разина также согласилась с тем, что НМПТ может давать монополию только на название продукта. И если СПАС не реализует защиту своего рецепта отдельно как объект авторского права, другие производители смогут выпускать тот же продукт под своим названием.

Вместе с тем, участникам АПАС нужна именно марка: после запрета на ввоз сыров из Европы, по данным РосИндекса, «Адыгейский» занимает первое место по узнаванию среди мягких сортов. Пусть отечественный мягкий сыр и не исчезнет с прилавков, но на раскрутку новых брендов у производителей уйдет много времени и сил. Поэтому АПАС предложил разворот на 180 градусов, переименовав не «чужой» «Адыгейский», а «свой». Для кавказских сыроваров были предложены названия «Адыгейский из Адыгеи» или «Матэкъуае» (старинное название сыра) – в то время как уже существующее название предлагалось сделать доступным для всех производителей. В этом варианте сыровары опирались на пример марки Mozzarella di Bufala Campana, которая таким образом выделилась из рядов итальянской моцареллы.

Контроль за производством сыра, по мнению авторов обращения, должен быть передан в руки вновь созданного Консорциума производителей Адыгейского сыра – в этом они также сослались на итальянский опыт. Впрочем, юристам такой исход дела видится не очень вероятным. «На кону интересы и репутация всей Республики Адыгеи. Вряд ли здесь могут быть приняты компромиссные решения», – констатирует Елизавета Разина. Тем более, что в поддержку СПАС высказывались и официальные лица – вплоть до главы Адыгеи. Маловероятным видится и переименование марки сыра: «Формальным основанием для непринятия предложения может стать аргумент о том, что использование схожих названий будет вводить потребителя в заблуждение».

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Редакция «КС» открыта для ваших новостей. Присылайте свои сообщения в любое время на почту news@sibpress.ru или через наши группы в Facebook и ВКонтакте
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона.
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ