Мусорная концессия — анестезия вместо лечения?

В Новосибирской области уже второй год как на городском, так и на региональном уровне продолжается острая дискуссия по поводу так называемой «мусорной концессии», которая, по замыслу ее сторонников, с одной стороны, должна осуществить решительный перелом в давно назревшей проблеме перегруженных мусорных полигонов в Новосибирской области (НСО). С другой — позволить выполнить требования федерального законодательства в части сбора и утилизации ТБО.

Несмотря на формальную победу противников первоначальной концессии, споры вокруг деталей соглашения 2.0 пока продолжаются. Тем временем подходят к концу сроки утверждения новой территориальной схемы размещения будущих полигонов, а также определения регионального оператора, на которого, согласно ФЗ–89, и должна будет лечь вся полнота ответственности за реализацию областной программы обращения с отходами. Кстати, конкурс по выбору регионального оператора был объявлен 16 марта еще до принятия правительством НСО новой территориальной схемы, что, по мнению ряда участников специальной рабочей группы при правительстве региона, может считаться непродуманным решением.

Упомянутая рабочая группа под председательством врио первого зампреда правительства Новосибирской области Владимира Знаткова, в которую входят городские и региональные парламентарии, региональные министры и общественники, 15 марта провела очередной раунд обсуждения концепции нового концессионного соглашения. Причем наиболее острая дискуссия развернулась вокруг технических деталей — сроков концессионного соглашения, последующей рекультивации полигонов, а также технических требований к концессионеру — какое оборудование он должен использовать для сортировки ТБО, отечественного или зарубежного производства. Вопросы важные, но решающего значения для глобального решения проблемы с утилизацией мусора в Новосибирской области решительно не имеющие, считает академик РАН, экс-глава Института теплофизики СО РАН Сергей Алексеенко.

«Необходимо выработать комплексный подход к решению проблемы отходов. Причем нужно исходить из того, что ничего принципиально нового, кроме уже существующих методов — сортировка, сжигание и захоронение уже обезвреженных отходов, — пока никто не придумал. Можно лишь говорить о разной степени их эффективности. А эффективность зависит в первую очередь от того, как выстроена вся эта цепочка, начиная со сбора мусора», — отмечает собеседник «КС».

Примером реализации комплексного подхода может служить Швеция. Государственная программа по утилизации твердых бытовых отходов здесь реализуется уже на протяжении более 30 лет. И благодаря этой программе сегодня Швеции удалось достичь по сути фантастических результатов, когда на захоронение отправляется не более 7–10% от всего объема ТБО. Для сравнения: в среднем по Европе этот показатель равен 45–50%, в России свыше 85%. При этом в повторную переработку направляется от 15% до 25% отходов, а большая же их часть превращается в тепловую энергию в мусоросжигательных печах.

«На самом деле у нас уже сегодня существуют очень интересные проекты по переработке и безопасной утилизации отходов, — говорит начальник департамента промышленности, инноваций и предпринимательства мэрии города Новосибирска Александр Люлько. — Это и опытное производство в Коченево по уничтожению особо опасных отходов, и завод «Синтепон», где из отходов пластиковой бутылки производят одноименное сырье. В разработке СГУПСа находится очень любопытный проект по вторичному использованию пластика для дорожного покрытия».

Однако все это частные примеры, не отменяющие необходимости комплексного подхода к решению проблемы. В Новосибирске производят ежегодно от 1,2 до 1,5 млн тонн ТБО. Два гигантских полигона «Гусинобродский» и «Левобережный» исчерпали свой ресурс, дальше им расти уже некуда. Вопрос с обустройством новых площадок затягивается, а внедрение системы раздельного сбора мусора (закон о которой вступает в силу уже 1 января 2019 года) пока видится лишь в перспективе. Но и при самом идеальном развитии событий — удачном выборе регионального оператора, подписании выгодного для города и региона концессионного соглашения — остается важный пункт, который способен стать новым камнем преткновения. Общественное мнение, как считают ученые новосибирского Академгородка, настроено крайне предубежденно против мусоросжигательных заводов.

«Это весьма распространенная модель поведения: «Да мы не против, только не рядом с нами», — констатирует Сергей Алексеенко. — Вместе с тем наши современные разработки экологичны, например, комплексная районная тепловая станция мощностью 40 тыс. тонн в год дает вредных выбросов в атмосферу не больше, чем два работающих дизельных самосвала. Не говоря уже о том, сколько нужно сжечь этого самого дизеля, чтобы вывезти 40 тыс. тонн отходов на полигоны и захоронить».

Технология, о которой говорит Алексеенко, была разработана учеными Института теплофизики СО РАН и их коллегами из других научных центров уже сравнительно давно. С годами она совершенствовалась, но в целом была готов к запуску еще в 1997 году. Тогда ученые предлагали реализовать ее на в виде локального проекта в новосибирском Академгородке. Планировалось перевести одну из котельных на использование в качестве топлива ТБО. Но возмутились местные биологи, которые высказали категорический протест против размещения любых подобных объектов в границах Академгородке.

«И совершенно напрасно, — считает Сергей Алексеенко. — Основная тенденция в мировой практике такова: использовать горючие отходы для получения энергии. Все вроде согласны, но никто не хочет иметь мусоросжигательный завод рядом с собой. А вот вам пример Копенгагена — все пять заводов находятся буквально в городской черте, а один из районов полностью обеспечивается теплом только за счет сжигания отходов».

Сегодня технология, предложенная новосибирскими учеными, оказалась востребована далеко за пределами региона. Пилотный проект реализуется в Перми. Но с прицелом на Крым, где экологические требования несопоставимо выше. Новосибирские ученые надеются, что после того как завод, созданный по их технологии на Черноморском побережье, докажет свою эффективность и безопасность, стереотипы будут сломлены окончательно, и технология пойдет в серию. В первую очередь в родном для нее Новосибирске.

И еще один немаловажный фактор — участие государства. Как показывает международная практика, переработка и утилизация отходов не могут существовать без господдержки. Например, в соседнем Китае государство закупает энергию, произведенную в ходе сжигания отходов, в два раза дороже той, что производится на обычной электростанции. Но, как отмечают эксперты, это капля в море в сравнении с расходами, которые несет казна при утилизации мусора на полигонах, их многолетнем обслуживании и последующей рекультивации.

Редакция «КС» открыта для ваших новостей. Присылайте свои сообщения в любое время на почту news@ksonline.ru или через наши группы в Facebook и ВКонтакте
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона.
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ