Не так страшны санкции, как политика выживания

Осуществленное Владимиром Путиным присоединение Крыма к России имеет не столько политические, сколько экономические последствия для национальной экономики. Однако пока можно утверждать, что все меры, которые используются США и ЕС, больше играют на формирование негативных ожиданий, нежели реально несут угрозу
Осуществленное Владимиром Путиным присоединение Крыма к России имеет не столько политические, сколько экономические последствия для национальной экономики. Однако пока можно утверждать, что все меры, которые используются США и ЕС, больше играют на формирование негативных ожиданий, нежели реально несут угрозу

Вследствие событий на Украине экономика России оказалась перед новым вызовом. Хотя наложенные мировым сообществом санкции как ответ на присоединение Крыма пока не предвещают быстрой стагнации, их роль далеко не исчерпывается финансовым воздействием. Без кардинальной перестройки промышленной и экономической стратегии страна сможет выжить, но рискует надолго остаться в аутсайдерах мирового сообщества. Как отразятся события на Украине на сибирской экономике и финансовом секторе — в авторском материале корреспондента «КС» ИГОРЯ СТЕПАНОВА.

За прошедшие годы экономическая политика России позволила достичь превышения уровня жизни россиян над украинскими соседями, однако, как можно заключить, оказалась неспособна продемонстрировать конкурентную привлекательность собственного пути развития перед европейским. Очевидная топливно-сырьевая основа экономики, отсутствие собственных высокотехнологичных товаров даже на внутреннем российском рынке, нарастающее расслоение общества по уровню доходов — все это Украина наблюдала на протяжении двух десятков лет на фоне внешне благополучной Европы. Россия в последнее время явно недооценивала баланс сил и мнений, складывающийся в соседней стране в надежде на преемственность отношений с новым президентом Украины после выборов 2015года. А между тем отсутствие собственного внятного экономического курса и нестабильность политической системы сделали Украину крайне восприимчивой к рецептам ЕС и подготовили почву для социального взрыва во имя обещанного импорта быстрого счастья.

Результат — реалии сегодняшнего дня: Крым стал частью России, оставшаяся Украина в лице переходной власти рвется куда угодно — хоть в ЕС, хоть в НАТО, лишь бы подальше от России. США и ЕС, для которых развитие событий сначала виделось исполнением несбыточных желаний, пока не готовы предпринимать конкретных действий во благо Украины, ограничиваясь гневной риторикой и санкциями против России. Такое поведение вполне объяснимо — Украина сможет определиться со своими приоритетами не ранее 25 мая, и только тогда можно будет строить гипотезы относительно ее дальнейшего развития. Что касается России, то можно утверждать, что она свою позицию продемонстрировала в полном объеме, получив в ответ набор ограничительных мер с планируемыми дополнениями, что дает достаточную основу для среднесрочных экономических прогнозов.

Основной надеждой как авторов санкций против России, так и поддерживающих эти действия, по мнению некоторых экспертов, можно считать приведение экономики страны к стагнации, дабы на предстоящих выборах 2018 года добиться изменения российской внешней политики путем избрания более лояльного к «западным ценностям» президента РФ. Вряд ли делается серьезная ставка на кардинальные досрочные изменения в российской власти, так что четырехлетний период можно считать реальным горизонтом санкций. Именно в этих условиях, но за более короткий срок, России предстоит исполнять не только плановый сценарий развития, но и вывести два новых субъекта Федерации — Крымский федеральный округ и город Севастополь — на уровень не ниже общероссийского, обеспечив при этом полное включение полуострова в российскую инфраструктуру.

Новая территория и новые рынки

Сооружение объектов, позволяющих избавить Крым от статуса практически «островного» региона, потребует заметных денежных средств из российского федерального бюджета, при этом госкомпании, участвующие в строительстве и последующей эксплуатации этих объектов, также не останутся в стороне. В первую очередь планируется возведение четырехкилометрового моста через Керченский пролив, чуть меньший приоритет имеет гораздо менее затратный проект по организации электро- и газоснабжения региона. Последний проект относится к среднесрочной потребности — сегодня Крым полностью обеспечивает себя газом собственной добычи, а строительство газопровода увязывается с перспективой роста потребления. По мнению губернатора Томской области Сергея Жвачкина, такой газопровод можно соорудить за год-полтора.

Крымский мост является задачей наиболее оперативного решения, и самым дорогим из планируемых объектов инфраструктуры. Предварительная минимальная оценка стоимости проекта — 50 млрд рублей, что примерно в полтора раза превышает стоимость недавно построенного дальневосточного моста на остров Русский. Заказчиком строительства назначена госкомпания «Российские автомобильные дороги», но присутствие интересов «РЖД» не исключает участие компании Владимира Якунина в софинансировании этой стройки.
Если бы это строительство не проходило в условиях озвученного ЕС поиска альтернативных источников энергоресурсов, то можно было бы ожидать отвлечения средств с программы модернизации БАМа и Транссиба на крымское направление. При этом обещанная сумма в размере более 550 млрд рублей вполне могла бы сократиться на несколько процентов. Однако новая политическая реальность заставляет Россию одновременно развивать инфраструктуру как на юге, так и в Сибири — для обеспечения поставок энергоносителей в Китай и Юго-Восточную Азию. Так что крымские проекты не должны стать конкурентами сибирским железнодорожным инвестициям, а их стоимость не является источником повышенных рисков для российской экономики.

Санкции различного толка

Крайне негативная реакция США, ЕС и ряда других стран создает серьезные внешнеэкономические риски, которые уже сейчас являются следствием наложенных санкций с постоянно упоминаемой перспективой дальнейшего расширения. Действующие санкции в отношении России относятся к небольшому кругу физических лиц — имеющих, по мнению авторов, влияние на принимаемые российской властью политические решения, и к финансовым организациям — банку «Россия» и структурам, аффилированным с ним более чем на 50%. К слову, банк «Россия» является одним из ключевых акционеров телекоммуникационного оператора «Tele2 Россия», рейтинги которого уже были понижены агентством Fitch. Кроме того, в состав банка «Россия», в частности, входит и Собинбанк.

Стоит отметить, что первая часть зарубежных воздействий направлена в сторону официальных лиц достаточно высокого уровня. При очевидном отсутствии экономического эффекта ожидается морально-психологический эффект — подсанкционные чиновники должны и сами стать осторожнее в принятии решений, да и на высшее руководство страны таким образом попытаются оказать соответствующее влияние. Однако не очень понятно, что может служить критерием эффективности этих санкций. Уход России из Крыма уже невозможен, захват остальной части Украины также невероятен. И раз уж санкции наложены, а перспективы их снятия непонятны, высоким официальным лицам остается одно — дать «асимметричный» ответ, кратно приумножив свои усилия для достижения впечатляющих результатов на направлениях своей ответственности.

Санкции против финансовых организаций, ретранслированные крупнейшими платежными системами VISA и MasterCаrd, отразились на клиентах банка «Россия» и входящих в его состав банков: для физлиц — с использованием карт для расчетов, а для клиентов-юрлиц «России» — еще и с валютными платежами. Однако деньги на карт-счетах не заблокированы — их можно снять наличными в офисах банков или сети банкоматов. К тому же ЦБ РФ оперативно вступился за банк «Россия», проинформировав, что «операции, подпадающие под санкции, не оказывают существенного влияния на финансовую устойчивость кредитной организации. При необходимости будут предприняты соответствующие меры по поддержке кредитной организации и надежной защите интересов ее вкладчиков и кредиторов». Собинбанк, акционером которого является банк «Россия», отнес это заявление и на свой счет, разместив его на своем официальном сайте. Следствием таких санкций стало лишь повышенное внимание к позабытой уже идее создания независимой национальной платежной системы, в качестве основы которой вспоминаются карты Сбербанка «Про100» и проект «Универсальная электронная карта» (УЭК), стартовавший чуть больше года назад.

Рейтинговые войны

Американские санкции первого и второго уровней, поименованные в SDN «UKRAINE» и «UKRAINE2», равно как и соответствующие им санкции ЕС, не нанесли бы России заметного ущерба, если не были бы предвестниками третьего уровня, о котором в последнее время с удовольствием говорят представители США и ЕС на самых разных уровнях. При этом «третий уровень» окружается пеленой грозной таинственности — никто не должен знать, когда именно будет запущен этот механизм, но все должны быть готовы к этому ежечасно. Возможно, в этом и есть основная идея — поставить Россию перед неопределенностью завтрашнего дня. При этом делать упор не на конкретные меры, которые могут вызвать столь же конкретное противодействие, а на нагнетание негативных экономических ожиданий, влекущих за собой рост инвестиционных рисков.

Именно так оценили ситуацию и рейтинговые агентства, понизившие прогнозы суверенного кредитного рейтинга России со «стабильного» до «негативного». Агентство Fitch Ratings откровенно сообщило: «Прямое воздействие от объявленных на сегодня санкций является незначительным, однако включение Крыма в состав России, вероятно, приведет к дальнейшим санкциям со стороны ЕС и США». S&P заявило, что «пересмотр прогноза отражает мнение о материальных и непредвиденных экономических и финансовых последствиях, которые санкции ЕС и США могут оказать на кредитоспособность России». Рейтинговая война пока не окончена: Fitch Ratings распространило «негативный» прогноз на ряд российских банков, в т. ч. Сбербанк, ВЭБ, Газпромбанк. Такую же оценку получили девять крупнейших компаний — «Газпром», «НК», «ЛУКОЙЛ», «РЖД», Федеральная пассажирская компания, «Атомэнергопром», «РусГидро», «Газпром нефть», ФСК ЕЭС и «Сухой». Moody’s Investors Service пошло своим путем, пока отозвав рейтинги Собинбанка. Нового обновления рейтингов российских эмитентов стоит ожидать после завершения Гаагского саммита, но можно предположить, что список Fitch вряд ли подвергнется значительному расширению — скорее, два других агентства начнут к нему подтягиваться.

Изменение международных рейтингов не грозит российским банкам и предприятиям сиюминутными потерями. Рейтинги и прогнозы международных агентств — это оценка уровня риска кредитора, учитываемая при инвестициях. Наиболее близкая реакция на изменившиеся, по мнению, «большой тройки», риски — отказ кредиторов от исполнения уже действующих договоров — в тех случаях, когда реальные деньги еще не поступили на счета российских компаний, и есть юридическая возможность аргументировать изменение договоренностей. В первую очередь это касается предоставления ближайших траншей по зарубежным кредитным линиям — вполне вероятно, что выдача очередного транша обуславливается рядом условий, в т. ч. неухудшением состояния заемщика. Впрочем, не исключено, что изменение рейтингов будет использовано для удорожания кредитных траншей, а не для полного их блокирования. Подвержены рискам и уже полученные кредиты — обычно кредитор оставляет за собой право потребовать досрочного возврата кредита в случае ухудшения финансового положения заемщика, которое может быть основано на негативной динамике кредитных рейтингов. Среднесрочная перспектива «негативных» прогнозов — снижение для государства и российских компаний доступности зарубежных кредитных ресурсов, повышение стоимости заимствований и снижение объемов. Это касается как банковских кредитов, так и других форм привлечения ресурсов — размещения облигационных займов, выхода на IPO и пр.

Сегодня госдолг России составляет $55,7 млрд и 40,7 млрд евро. По определению Fitch, это «низкий государственный долг (11% ВВП)», который к тому же в последнее время постоянно снижался. Как сообщил министр финансов РФ Антон Силуанов, при текущих ценах на нефть Минфин РФ может в 2014 году совсем отказаться от внешних заимствований и сократить внутренние. Так что здесь новых особых рисков не предвидится — как всегда, все зависит от нефти и газа.

Гораздо больше российского госдолга зарубежные заимствования коммерческих компаний — этот объем оценивается в сумму $700 млрд. Цифра весьма существенная, даже если учесть, что заметная часть этих кредитов связана с репатриацией отечественного капитала — так, по данным ИА «Финмаркет», заимствования у таких стран, как Кипр, Нидерланды, Британские Виргинские острова, чрезвычайно близки по суммам российских инвестиций в эти страны. Объемы репатриированного капитала оцениваются в размере до 50% всей суммы внешнего долга, еще около $200 млрд приходится на кредиты, полученные российскими банками. Далеко не все внешние заимствования тратятся на расширение производства, наращивание объемов и модернизацию. Значительная доля привлеченных средств пошла на оплату сделок слияния и поглощения (M&A), так что в реальной российской экономике работает лишь некоторая часть всего объема зарубежных кредитов.
Оценивая судьбу зарубежных заимствований российских компаний, аналитик инвестиционного холдинга «ФИНАМ» Антон Сороко считает, что самые негативные для российской экономики санкции, к которым могут прибегнуть США и ЕС, — сокращение торгового сотрудничества. При этом велика вероятность такого сокращения в отношении США, с ЕС вероятность намного ниже из-за огромного объема партнерства. Также тут стоит учитывать, что представители бизнеса ЕС категорически против любых ограничений, а ведь это транснациональные концерны, так что их голос вполне может быть услышан. Антон Сороко допускает, что стоит говорить об отказе в продолжении заимствований, но этот шаг может привести к тому, что российские компании откажутся платить по текущим долгам, которые в сумме на текущий день составляют около $700 млрд. В такой ситуации западные банки почувствуют существенные проблемы с достаточностью капитала, т. к. эти займы будет необходимо списать с баланса. Вероятность этого вида санкций, по мнению аналитика, мала.

Можно предположить, что снижение рейтинговых прогнозов в минимальной степени повлияет на репатриированную задолженность — здесь в большей степени скажется объявленный президентом РФ курс на деофшоризацию, неизменность которого Путин подтвердил на недавнем съезде РСПП. Для снижения рисков российской экономики со стороны возможного принудительного сокращения объемов зарубежных инвестиций Минфин и Минэкономразвития уже пообещали как банкам, так и нефинансовым организациям осуществить ряд мер государственной поддержки. При этом было особо отмечено: «Правительство будет помогать компаниям, а не их собственникам». Для крупного бизнеса это может быть выражено в целевой поддержке инвестиционных проектов, для малого и среднего — в ускорении начала работы Агентства кредитных гарантий. Буквально на днях в Госдуме приняты поправки в бюджет 2014 года, позволяющие сформировать уставный капитал Агентства. Банкам обещано необычайно длинное рефинансирование со стороны ЦБ РФ. Срок предоставления ресурсов может увеличиться до трех лет — при условии кредитования российской экономики по разумным ставкам.

Эти меры в краткосрочной перспективе вполне способны микшировать эффект санкций и снижения рейтингов, не допустить скачка инфляции и обвала рубля. Однако они могут стать лишь отсрочкой глобальных проблем отечественной экономики, отчетливо видимых и до ситуации с Украиной, которая лишь обострила и усилила существующие российские риски. Очевидно, что параллельно с давлением на Россию со стороны США и ЕС будут проводиться попытки назидательной помощи Украине, дабы показать возможности и преимущество западного экономического содействия. При этом в жертву демонстрационной эффективности может быть принесена даже жесткость финансовых расчетов — цель в этом случае вполне оправдает средства на многие годы вперед. При таком развитии событий Россия окажется перед вызовом, для достойного ответа на который необходимо будет показать способность к динамичному интенсивному развитию даже в непростых экономических условиях, в противном случае другого шанса может и не представиться.

По мнению генерального директора «AT Consulting Сибирь» Дмитрия Гокова, введение санкций против России в текущих экономических условиях может, как это ни парадоксально, оказать позитивный эффект. В условиях общемирового спада те страны, которые раньше всех экономически мобилизуются, имеют все шансы раньше начать процесс восстановления. В связи с этим вводимые санкции могут ускорить подъем экономики России. При этом Дмитрий Гоков предполагает, что эффект от самих санкций будет не таким значительным, как это может преподноситься населению. Ведь государству санкции выгодны и тем, что на них можно будет «списать» различные процессы, происходящие в экономике страны, отмечает эксперт.

Что касается влияния наложенных санкций и их последствий для Сибири, то в подавляющей степени они будут сопоставимы с общероссийскими.

В условиях желания и планируемых действий ЕС по диверсификации поставок газа возможный ответ России может состоять в предложении более выгодных, чем сейчас, условий. При снижении цен на энергоносители во избежание снижения экспортной выручки будут попытки увеличить объемы продаж в различные страны, так что возможности сибирских регионов как источника энергоресурсов будут использованы в полной мере. Однако вряд ли это окажет заметное влияние на ситуацию в самих регионах, за исключением непосредственно добывающих производств. Как уже говорилось ранее, можно рассчитывать на продолжение госпрограмм, имеющих прямое отношение как к добыче, так и к транспортировке ресурсов. Вполне вероятно, по крайней мере в краткосрочной перспективе, повышенное внимание к предприятиям оборонной промышленности.

Как ни странно, худшее, что могут принести санкции, — смиренную возможность существовать на прежнем уровне, сделав своей целью выживание и отбросив критически-насущные задачи вне традиционного пути развития последних лет. То, о чем постоянно только говорилось из года в год — снижение топливно-сырьевой зависимости, развитие высокотехнологичной промышленности, производство импортозамещающих товаров — сегодня стало не риторическими заклинаниями, а действительным и единственным условием решения современных проблем и залогом дальнейшего и развития России. И решать эти задачи — по крайней мере продемонстрировать движение и добиться ощутимых результатов — предстоит не с расчетом на отдаленную перспективу, а в конкретно видимые сроки, в течение ближайших 3–4 лет.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ