Спокойствие Ганеева

Миниатюра для: Спокойствие Ганеева

В Новосибирском областном суде продолжается частично закрытый судебный процесс над бывшими высокопоставленными чиновниками. На скамье подсудимых — А. Н. Солодкин (экс-советник бывшего губернатора Новосибирской области), его сын А. А. Солодкин (вице-мэр г. Новосибирска), А. В. Андреев (бывший замначальника Госнаркоконтроля по Новосибирской области).

В последние две недели стратегический свидетель гособвинения Хасан Ганеев допрашивался адвокатами подсудимых. Процесс шел неровно, с отменой нескольких заседаний, ранее назначенных. (Например, утром 3 июня врач в СИЗО якобы вынес привычный вердикт в отношении Солодкина Александра Наумовича «этапом следовать может» (ночью у него, как правило, критическое давление, которое до утра сбивается таблетками), но якобы конвой отказался доставлять его в суд, чтобы не нести ответственности за жизнь подсудимого… Впрочем, может, и врач также не настаивал на отправке Солодкина-старшего в суд, адвокатов там не было. Факт, что доставка не состоялась.)

Отвечая на вопросы, главный источник сведений о делах «организованного преступного сообщества Трунова» Хасан Раисович Ганеев выдал новую серию подробностей из жизни замечательных людей нашего города. Поскольку данные сведения велики и разрозненны, а стартовые судебные показания Ганеева опубликованы почти дословно (статья № 30 моего цикла), я все же не буду излагать их в полном объеме. Расскажу и процитирую здесь только то, что выглядит цельными тематическими блоками, а не винегретом из должностей и фамилий в свете компрометирующих обстоятельств. К иным эпизодам обращусь позже, когда (и если) отдельные моменты, связанные с конкретными событиями и людьми, получат в судебном процессе более подробное и разностороннее освещение. Следует считаться и с тем обстоятельством, что Хасан в роли оракула, я чувствую, многих в Новосибирске утомил. Но из песни слов не выкинешь, да и не особенно надо.

Правоохранители — ОРБ

Упущением было бы не сказать, что максимальную численность «преступного сообщества Трунова» Ганеев в ходе одного из допросов довел до 700–800 человек. Понимающие люди могут догадываться, что он имел в виду, кого и с кем объединял или разъединял мысленно. Но ко второй половине 2000-х годов Ганеев снижает численность «ОПС Трунова» до 200–300 человек. И в ответ на недоумения адвокатов подсудимых, что это за подсчет и откуда такие «потери» в живой силе, с прискорбием сообщает, что нет, эти люди не умерли, они «где-то находятся», и вообще «ОПС по сей день существует как организованная структура» (цитата), хотя и распалась на «ячейки», только Ганееву неизвестно, кто сейчас этим «сообществом» руководит… Ну что же, и такое бывает.
К этому примыкает первый связный фрагмент показаний Ганеева, данных в ответ на вопросы адвоката Татьяны Титовой (защитника подсудимого Андрея Андреева), с участием прокурора Марины Морковиной. Сцена в процессе по аудиозаписи.

Титова: — Кто из сотрудников правоохранительных органов, помимо названных вами Андреева, Гришунина, оказывал помощь преступному сообществу Трунова? Какие-либо фамилии еще можете назвать?.. Оказывали содействие преступному сообществу сотрудники ОРБ, в частности, Никитин Александр Дмитриевич? (Имеется в виду бывший начальник Оперативно-розыскного бюро, заместитель начальника ГУ МВД по Сибирскому федеральному округу, генерал-майор полиции, с марта с. г. начальник ГУВД по Ивановской области. — Прим. авт.)

Морковина: — Ваша честь, я прошу снять данный вопрос, он выходит за пределы предъявленного обвинения…
Т.: — Никуда он не выходит.
М.: — …и не может выясняться в данном судебном заседании.
Т.: — Обязательно выясняться должен, поскольку Андрееву обвинение предъявлено, что он информацию про ОРБ передавал непосредственно в преступное сообщество.
(В этом месте между женщинами возникает перепалка с участием судьи Ларисы Чуб, которая длится минуту и заканчивается победой Чуб.)
Титова (продолжает): — Хасан Раисович, вы можете пояснить о связях преступного сообщества Трунова с Никитиным А. Д., руководителем ОРБ, с иными сотрудниками ОРБ? Что вам известно?
Ганеев: — Я знаю, что Никитин А. Д. был знаком с Корниенко, членом ОПС Трунова, и с Боженко Андреем… Также я знаю, что были какие-то знакомства его с Радченко.
Т.: — Помощь какую-либо оказывал Никитин?
Г.: — Я таких случаев не знаю.
Т.: — По работе Гусинобродского рынка сотрудники ОРБ и, в частности, Никитин оказывали содействие преступному сообществу Трунова?
Г.: — Какие-то содействия оказывал Никитин, связанные с барахолкой, мне об этом стало известно от Радченко. Он об этом сообщил на последней встрече в 2008 году, по-моему, когда мы встречались: я, Радченко и Солодкин А. А. Он сообщил, что передавал кассеты Никитину А. Д., когда прослушивали Фрунзика Карямовича /Хачатряна/.
Т.: — Скажите, так называемое преступное сообщество, поскольку вы настаиваете на его существовании, передавало денежные средства сотрудникам РУБОП, потом сотрудникам ОРБ?
Г.: — Да, передавало. С барахолки — Панасенко (?), насколько я слышал фамилию.
Т.: — Это в каком году было?
Г.: — В 2004–2005 году.
Т.: — А впоследствии передавали?
Г.: — Впоследствии… нет. Я не слышал, чтобы там были какие-то отношения.
Далее тема Никитина была свtрнута до следующего раза. Однако Титова с привлечением показаний Ганеева, данных на предварительном следствии, продвинула непосредственное участие ОРБ в делах Гусинобродских рынков хотя бы до 2006 г., когда «с помощью сотрудников ОРБ доходов с МУП «Вещевой рынок» лишилась группировка «Успех» /…/ Денисенко расторг договор с контейнерами, принадлежавшими «успеховской» группировке. Как распределялась доля в группировке «Успех», мне неизвестно» (цитата из протокола допроса Ганеева). (Юрий Денисенко — гендиректор ОАО «Гусинобродское», принадлежащего мэрии Новосибирска. Данное «общество», учрежденное в 2001 г., в полном объеме контролирует арендные отношения на рынках ГБШ. В 1990-е годы Денисенко — сослуживец Никитина в РУБОП.)

Последовал предметный разговор о роли на Гусинобродской барахолке одного из «старых труновцев» Виктора Елькина (Носа), который в мае 2005 года «переоформил на себя большую часть контейнеров /…/ и ушел (но не вышел) из преступной группировки Трунова» (буквальная цитата из протокола допроса Ганеева). Титова пыталась узнать, что это вообще значит: «ушел, но не вышел»? Ганеев, подбирая выражения, дал новое определение действиям Елькина: он из ОПС… «убежал». Дальше обзор этого эпизода дошел до негосударственного, но зато крайне авторитетного «арбитражного суда» в городе Сочи, где по «иску» Елькина якобы рассматривался его конфликт с Труновым… Но это уже совсем отдельная, хотя и существенная история.
В своих показаниях в суде и на предварительном следствии Ганеев, конечно, наговорил «на сорок бочек арестантов», но для себя он точно знает, где нужно остановиться. Ганеев хорошо понимает, что в этом процессе он находится на определенной стороне, идет по узкой кривой дорожке, и каждый шаг за флажки или колышки непредсказуемо опасен. Ему отнюдь не все равно. Предполагаю, что ему даже нравится все это, ему интересно.

Трунов заставлял учиться
Довольно неожиданно прозвучало из уст Ганеева, что Александр Трунов, оказывается, «когда у нас сложились отношения с Александром Наумовичем… обязал меня и Радченко учиться в институте, получить высшее образование». Правда, вывод из этого Ганеев делает исключительно в криминальном русле: Трунов хотел «через Солодкина А. Н. устроить нас либо в мэрию работать, либо там еще куда-то. Чтобы «труновские» были, сами лично, в официальных властях»… Ну да, хотя бы на минуту допустить, что Трунов, как Ленин, хотя бы иногда им просто добра желал, нормальной человеческой жизни, Ганеев сейчас не может. Да и где она теперь вообще, «нормальная жизнь»?

Об Анатолии Радченко косвенно известно, что он учился, а вот Ганеев совсем Трунова не слушал. Если буквально основываться на его показаниях, он год за годом жил от преступления к преступлению, совершил их великое множество и словно бы специально готовился (с 1992 года) к встрече со Следственным комитетом РФ по СФО, чтобы свидетельствовать о подельниках и «структурных подразделениях ОПС». Даже спортом, футболом и боксом, он занимался не просто так, не для души и здоровья, а потому что это было требование «преступного сообщества Трунова» ко всем его членам (в таком духе Ганеев отвечал на вопрос Николая Украинцева, адвоката Александра Солодкина-младшего, о том, в какие сферы жизни направлял Трунов его деятельность). В одном месте судебного допроса Ганеев вообще заявил, что его жизнь всецело принадлежала ОПС (как если бы КПСС), поэтому он постоянно говорит лично о себе «мы, труновские», а местоимение «я» часто не употребляет — в ОПС такое «ячество» не поощрялось.

Адвокат Михаил Книжин, защитник Солодкина-старшего, неоднократно предпринял попытки «вскрыть» внутреннюю логику показаний Ганеева, их, так сказать, личностную механику. Извольте, фрагмент.
Книжин: — Скажите, когда, где и при каких обстоятельствах были переданы деньги Солодкину Александру Наумовичу для передачи их Толоконскому? (Согласно показаниям Ганеева, это якобы была взятка в размере $25 тысяч за закрытие рынка Хачатряна «Тензор» в 1998 г. — Прим. авт.)
Ганеев: — Я передал их Радченко.
К.: — А Солодкин здесь при чем?
Г.: — Я передал деньги Радченко для решения вопроса. Вопрос был решен.
К.: — Какого вопроса?
Г.: — Толоконский издавал указ о прекращении рынка, я уже говорил об этом в своих показаниях.
К.: — Да я не о ваших показаниях спрашиваю. Вы-то при этом присутствовали или нет?.. В связи с чем вы называете фамилию Солодкина Александра Наумовича?
Г.: — В связи с тем, что я с ним много раз встречался, много у нас было бесед, мы встречались постоянно.
К.: — Вы полагаете, что ваш возраст, ваше понимание жизни, ваше образование вас как-то связывают с Солодкиным А. Н.? Вы с ним на одной ноге были?
(В этом месте процесса адвокат Ганеева Андрей Серков заявляет об оскорбительной«некорректности» Книжина. Судья Чуб делает замечание, перебранка.)

Книжин (продолжает): — Я говорю, ваше образование, ваш возраст, ваше положение в обществе вам как-то давали возможность быть близким с Солодкиным? Что здесь оскорбительного? Вы подумайте-то сами, ваша честь (обращается кЧуб), этому человеку сегодня еще 40 нет, а гражданину, который, к сожалению, за решеткой, 70 лет. Что некорректного здесь, я понять не могу?.. Что общего вас связывает, что вы считаете себя приятелем Солодкина?
Г.: — Что мы оба члены ОПС Трунова.
К.: — Так. (Смеётся). Понятно… Каким образом лично вы взаимодействовали с Солодкиным А. Н. как член ОПС?
Судья Чуб: — Тихо, пожалуйста, Хачатрян!
(На этом заседании присутствовал потерпевший Фрунзик Хачатрян и дважды просил дать ему слово, игнорируя чуждую судебную процедуру.)
Г.: — Я передавал деньги ежемесячно на его охрану… На протяжении всего времени, пока я был членом ОПС Трунова, начиная с 1997-го по 2007 год.
К.: — Значит, 10 лет. А деньги откуда брали?
Г.: — С вещевого рынка.
К.: — А когда вас, с ваших слов, Трунов отстранил от вещевого рынка, сбора денег?
Г.: — Он меня отстранил с 2001-го по 2004 год.
К.: — А как же вы с рынка деньги давали? С 2001-го по 2004-й?
Г.: — Сейчас не смогу уточнить.
К.: — Конечно, не сможете. Если этого не было, как вы сможете?
Чуб: — Адвокат Книжин, давайте мы не будем комментировать ответы свидетеля! (Галдеж, ропот.)
Г.: — Ваша честь, на меня оказывают давление. Я отвечаю на вопросы так, как могу ответить.
В общем, пока Ганеева допрашивают защитники подсудимых, он демонстративно уверен в себе. Если бы это был спортивный поединок (к примеру, на ринге), Ганееву следовало бы отдать должное. Он долго тренировался и подготовился очень хорошо. Тактическая дисциплина — на стабильно высоком уровне. «Боксировал» он грязновато, к тому же «рефери» был полностью на его стороне, однако пропущенные удары Ганеев воспринимал с отмороженным душевным спокойствием. И отвечал на них с невидимой (закрытое заседание) хищной ухмылкой.
Подождем, что будет, когда подсудимые начнут с ним говорить.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ