«Континент Сибирь» сформировал подборку наиболее заметных интервью, выходивших в издании на протяжении 2025 года — в каждой из основных рубрик.
Власть
Сергей Трубников, председатель комиссии по градостроительству Совета депутатов Новосибирска:
— Градостроительство — это отрасль разногласий. Они были, есть и будут. Самое главное в этих разногласиях выработать общую платформу и определяющий критерий для принятия решений. Этим критерием может быть городской бюджет, социальное благополучие, городская среда. Критерии «лидерства по объемам» всегда сомнительные, так же, как «преимущества по цене»: деньги и метры — это, конечно важно, но если это влияет на качество жизни, то надо находить справедливые решения. Здесь и возникают основные разногласия. В предыдущие годы очень много сил уходило на то, чтобы прекратить постоянную гонку «давайте станем первыми». Сейчас мы стараемся достигать консенсуса исходя из критерия «хорошо для тех, кто живет и работает в городе».
— Заключение концессионных соглашений — это обязанность города. Раньше мы сдавали в аренду это имущество. Потом законодательство изменилось, и мы можем заключать только концессионные соглашения. Сегодня городу необходимо заключить новое концессионное соглашение в отношении тех объектов теплоснабжения, которые остались в ведении муниципального унитарного предприятия города Новосибирска «Энергия». Сегодня реалии складываются таким образом, что это деятельность, которая приносит убытки нашему предприятию. Это очень серьезный вопрос и его решение необходимо.
Кирилл Покровский, вице-спикер Совета депутатов Новосибирска, экс-глава комиссии по бюджету:
— Последние два-три года в период работы над принятием бюджета даже не возникало острых и потенциально конфликтных ситуаций по линии взаимодействия с департаментом финансов и налоговой политики. Процесс отрегулирован настолько, что внесение правок в бюджет уже не становится сюрпризом для исполнительных органов власти. Раньше такое случалось: кто-то из депутатов приносит корректировку в последний день перед декабрьской сессией. На мой взгляд, это популистский прием, когда в приоритет ставится не исполнение наказа, а личный пиар. Сейчас мы по возможности стараемся прорабатывать все нюансы планомерно и качественно на комиссиях.
— Возьмем сферу туризма. Здесь у нас была единая субсидия — 90 млн федеральных рублей. Мы ее все-таки распределить так и не смогли: делали это первый раз через электронный бюджет, излишне усложнили процедуру, компании подали заявки, но, скажем так, не совсем корректно было все заполнено. В этом году уже учли ошибки и упростили регламент. Также нам не удалось продолжить успешную программу экскурсий по социальным сертификатам, когда мы ребятишек пятых — девятых классов возили в экскурсионные туры по Новосибирской области.
— Важно понимать, для чего составляется рейтинг АСИ по качеству жизни: чтобы поставить на вид губернаторам, где они недорабатывают, или для того, чтобы вычленить точки напряжения, наметить план по их устранению? Нюанс в том, достаточными ли ресурсами располагают управленческие команды регионов, чтобы исправлять ситуацию, которую зафиксировал тот или иной рейтинг.
Цикл интервью о траектории развития новосибирского Академгородка
Сергей Смирнов, главный научный сотрудник Института философии и права СО РАН:
— Ключевой вопрос связан с субъектностью Академгородка. Потому что, когда говорят про Академгородок, непонятно, что это. Это территория, это часть города, Советский район, включается туда Шлюз или не включается, или это только Верхняя зона Академгородка? Ну и так далее. Академгородок не существует как субъект ни в юридическом, ни в экономическом плане. Есть некая территория, где расположены некоторое количество научных институтов, фирм, агентств разработчиков и Технопарк. Но это слишком расплывчато, чтобы говорить о стратегии развития. Поэтому коллеги приводят свои варианты, как эту проблему решать.
Юрий Аникин, заместитель главного ученого секретаря СО РАН, разработчик программы Академгородок 2.0:
— С моей точки зрения, вполне реально было бы начать с того, чтобы мэрия официально отвела Академгородку отдельный раздел в стратегии развития города — сделала бы драйвером развития. Для этого Новосибирску нужно только признать, что территория представляет особую значимость для города.
— Если руководствоваться мнением предыдущих руководителей Сибирского отделения, того же Марчука, думаю, важнее социальный комфорт. Замена коммуникаций, приведение в порядок леса — это первостепенно. Суть в том, что Академгородок отдает Новосибирску, грубо говоря, три рубля налогами, а взамен получает пять копеек. Академики за годы существования СО РАН городу отсыпали с горкой, а территория десятилетиями страдает от хронического недофинансирования. И нынешние беды с коммунальной инфраструктурой — наверное, результат этого безденежья.
— Я бы призвал с осторожностью относиться к популярным сейчас инициативам страждущих срочного мастер-планирования на ликвидных территориях Академгородка, «лечения леса», уменьшения количества «неэффективных институтов», точечной реновации, упразднения ограничивающих застройку положений ради строительства нового жилья. Необходимо формировать комплексную стратегию развития территории. И минимум на полвека вперед.
— Остается неясной роль СО РАН. Не очень понятно, кто является центром принятия решений о судьбе Академгородка, кто является силой, способной объединить усилия. Михаил Лаврентьев был руководителем, готовым реализовывать субъектность. А кто сегодня в научной среде возьмет на себя ответственность за этот мегапроект? Нужен ясный план, честный диалог между жителями и властью. Но неправильно рассчитывать, что мэрия или региональное правительство возьмут на себя аналитическую работу, обсуждения с жителями.
Строительство
Иван Фаткин, заместитель министра строительства, главный архитектор Новосибирской области:
— Один архитектор или два архитектора — это все равно не та сила, которая может быстро изменить ситуацию в городе. Я на Днях архитектуры приводил пример: один из моих знакомых сказал в шутку, что мэр должен быть архитектором. Мне эта фраза понравилась, я ее все время вспоминаю. Прекрасно понимаю, что успешному практикующему архитектору не всегда захочется стать мэром. Это совсем другая работа. Но если мэр захочет немножко побыть архитектором, это будет здорово. Участие первых лиц в формировании облика города — это крайне важно.
Анатолий Павлов, генеральный директор ГК «СМСС»:
— Я, наверное, один из немногих, кто говорит эти неприятные вещи: нельзя было строить ни «Ключку», ни «Чистую Слободу», ни МЖК. Построены миллионы квадратных метров, которым нужны дороги, детские сады, школы, поликлиники, трамвайные пути. Я также не поддерживаю и строительство «Клюквенного». Для чего тратить миллиарды бюджетных денег на это? Лучше бы власти в городе расселили ветхое жилье и частный сектор, разработали технологию изъятия земли под социальную инфраструктуру и там бы строили.
— Строить со ставкой 22–25% годовых — это путь к колоссальным убыткам. При такой стоимости кредита проект, по моим оценкам, не может быть рентабельным. Фактически бизнес работает в минус, лишь бы обслуживать долги. Я не буду вслух называть, кто из новосибирских компаний в группе риска, но данные об остатках квартир находятся в открытом доступе. Чего скрывать, сегодня при ключевой ставке 16% плюс 5–6% наценка банка сверху банально целесообразнее положить деньги на депозит, чем вести строительный бизнес.
Юрий Гатилов, генеральный директор компании «Новосибирский квартал»:
— Время, когда можно было спокойно работать по хорошо отлаженным моделям, закончилось. Сейчас выигрывают не те, у кого был прочный финансовый запас, а те, кто быстрее адаптируется и понимает, как стабильно работать в новой системе. Я всегда говорил: девелопмент — это не про ожидание золотого периода, это про создание возможностей там, где другие их не видят. Те, кто надеется, что «всё вот-вот стабилизируется», рискуют просто остаться за бортом рыночных процессов.
Ашот Рафаелян, генеральный директор АО «АРЖС Новосибирской области»:
— Два года назад никто из застройщиков не хотел участвовать в проекте, говорили: «Да там чистое поле, ничего не получится». Сегодня мы за свой счет создаем все необходимое: дороги, инженерные сети, школы и детские сады, поликлиники, которые появятся в микрорайоне. И застройщики начали проявлять интерес. Потому что здесь, в «Клюквенном», реализован принцип государственного подхода.
Horeca
Олег Ионко, ресторатор, основатель компании RestMe:
— По моим оценкам, в ближайшие шесть месяцев 20–30% заведений (включая отдельные рестораны и проекты крупных групп) столкнутся с продажей бизнеса, перепрофилированием или тихими закрытиями.
Это естественная «санация леса»: останутся только сильные игроки с мощным брендом, опытной командой, собственными помещениями и без чрезмерной закредитованности. Рынок избавится от дилетантов, что, по прогнозам аналитиков, укрепит его устойчивость.
Андрей Добринский, основатель компании «Волна Девелопмент»:
— На мой взгляд, гастропространство должно быть ориентировано не только на молодежь, как это было в случае с «Рестохоллом», но и на другие важные сегменты.
Например, на «белых» или «голубых воротничков», которые ищут подходящее место для хорошего бизнес-ланча в центре города. Другой важный сегмент ─ гости с детьми.
Анна Сидевич, основатель одноименной кейтериновой компании:
— Недавно департамент культуры Москвы захотел через иммерсивный ужин рассказать про свои новые начинания по развитию детского досуга. Целевая аудитория ─ женщины в возрасте около 35 лет, у которых детство проходило в 80-е и 90-е годы. Задача ─ напомнить им через иммерсивный ужин об их детстве, затронуть эти струнки их души. Соответственно надо было понять, какие подать блюда, чтобы гости мероприятия восприняли госпрограмму на позитиве.
Авторынок
Петр Хомяков, основатель ГК «Первая Автоколонна» (Иркутск):
— Российские власти не говорили, что закроют рынок для производителей из КНР 100%-ными пошлинами, если они не будут локализовывать производство в стране. Хотя и Китай, и США придерживаются в этих вопросах достаточно жесткой протекционистской политики. На мой взгляд, увеличение утилизационного сбора — абсолютно верное решение. И если бы еще 20 лет назад пошлины в России были не 15%, а 100%, то у нас в стране были бы не сборочные производства, а заводы полного цикла.
Николай Бяков, основатель «Медведь Холдинга» (Красноярск):
— Работать с китайскими брендами непросто. Многие решения принимаются непосредственно в штаб-квартирах компаний, и не всегда учитываются особенности российского рынка. Интенсивность взаимодействия тоже разная: иногда в один месяц от нас требуют выполнения высоких планов, а в другой — обращаются с просьбами о поддержке. Это вызывает определенные сложности в планировании и управлении бизнесом. Мы за партнерство и долгосрочные отношения. Считаю, что у нас есть возможность влиять на процессы и отстаивать интересы. Но рынок покажет, кто готов слышать, а кто продолжит диктовать свои условия.
Эдуард Борисов, коммерческий директор, совладелец ГК «Агат-Авто» (Иркутск):
— Я вообще не понимаю тех дилеров, которые занимаются автомобильными брендами, не входящими в Топ-10 по продажам. Понятно, что если в свое время дилеру пришлось вложить большие инвестиции, чтобы стать партнером соответствующей марки, то он бывает склонен не закрывать салон, а по инерции тянуть до последнего. Но должна быть первостепенной экономика: если вы продаете меньше десятка машин в месяц на дилерский центр, то точно генерируете убытки. И зачем тогда цепляться за такой бренд? На мой взгляд, в таких случаях нет смысла присутствовать на рынке — проще законсервироваться и ждать лучших времен.
Телекоммуникации
— Раньше бизнесом управляли коммерсанты, а сейчас — финансисты. И это, конечно, определяет как принципы управления компанией, так и конкуренцию на рынке в целом. У одних компаний бизнес-процессы выстроены вокруг клиентов, у других — скорее, вокруг четкого соблюдения правил и регламентов. Вы можете думать о том, как больше зарабатывать, а можете — о том, как меньше тратить. Второе сейчас встречается гораздо чаще, проще ведь «затянуть пояса». Чем более многоступенчатая вертикаль управления, тем руководители на местах чаще думают не о развитии компании, а о том, как сохранить свое место и не сделать чего-нибудь лишнего. Любые проактивные идеи в итоге не доходят до реализации, утопая в регламентах и отчетности.
Сергей Анохин, генеральный директор Билайна:
— С точки зрения обычного пользователя переход к 5G пока не создает такой добавленной ценности, за которую он был бы готов платить. Это самый большой экономический вызов. Зачем нужен 5G с учетом больших инвестиций в развертывание сетей, если абонент не получает какого-то прорывного опыта, за который готов платить? Второй, наверное, более прагматичный вопрос — это дополнительный спектр частот, поскольку мы все пользуемся мобильным интернетом, потребляем все больше и больше контента, все больше и тяжелее, а емкость частот не безгранична.
Александр Обухов, директор компании «Турбо-Облако» (дочерняя компания «Ростелекома»):
— Отечественное оборудование, на котором строятся облака, сегодня дороже китайских аналогов. Западные не рассматриваем, это уже не имеет смысла. Китайский сервер дешевле, но мы в ряде проектов обязаны применять российское оборудование. Это приводит к увеличению затратной части и является определенным сдерживающим фактором.
Промышленность
Игорь Диденко, генеральный директор Новосибирского картонно-бумажного комбината:
— Скажу, наверное, неожиданное: самыми пострадавшими, так сказать, основным кормом медведя, будут «середнячки», «четверочники». Выживут крайние группы – гиганты и совсем миниатюрные, «студийные» производства, работающие в сегменте малотиражных, уникальных продуктов. Старательные, но ординарные «хорошисты» без вертикальной интеграции исчезнут на рынке, переживающем уплотнение: их купят гиганты – ради доли рынка и географии.
Виталий Хан, генеральный директор АО «СКТБ «Катализатор»:
— Государство, на мой взгляд, сейчас делает все для того, чтобы участники рынка были заинтересованы во взаимоудовлетворении. При этом государство занимает достаточно здравую позицию. Поймите, если оно напрямую начнет лоббировать продукт, давить на внутреннего потребителя, то мы вернемся к тому, что самая лучшая машина в мире — это «Жигули», как это было в 80-е. Конкуренция должна сохраняться. Без нее наше импортозамещение всегда будет хуже и дороже импорта.
Александр Латышев, директор Института физики полупроводников СО РАН:
— Произошла очень важная вещь: сформировался устойчивый интерес к развитию микроэлектроники со стороны государства. И выделены реальные деньги на разработку необходимого технологического оборудования. А это как раз то, чего сильнее всего не хватает сейчас всем нашим производителям.
Понятно, что на решение этой задачи потребуется еще не менее двух-трех лет, и за это время наше отставание будет несколько усиливаться. Но зато мы получим свой ресурс для развития отрасли, не зависящий от импортных поставок.
Культура
— Лично у меня складывается ощущение, что каждый как будто защищает свою территорию. Для оперного театра важно, чтобы шли спектакли и билеты продавались, для оркестра филармонии тоже важны посещаемость и продажи. Достижения симфонического оркестра Новосибирской филармонии признаны во всем мире. Это заслуга Арнольда Каца и его команды, частью которой мне посчастливилось быть, а теперь уже и нынешнего состава оркестра. Звучание нашего оркестра известно, узнаваемо. Оркестр оперного театра тоже стремится к таким достижениям. Наверняка в НОВАТе считается, что и там оркестр не хуже, чем в филармонии. Знаете, это просто профессиональные «терки», позволю себе такое выражение.
Анатолий Кубанов, художественный руководитель Новосибирского драматического театра «Советский»:
— Я — реалист и прекрасно понимаю, что в эпоху интернет-тотальности цифровые технологии и электроника неизбежны в работе как поселкового дома культуры, так и крупного театра. Компьютерный инструментарий вполне может приносить театру пользу, но только как дополнительный канал социальной коммуникации. Никакой искусственный псевдоинтеллект не заменит теплого дыхания и живительного слова другого человека. Почти все стало синтетическим, все стало «цифрой»: личная и общественная жизнь, культура и спорт, работа и политика, деньги и даже любовь. Знаете, тирании бывают разные, но всеобщая цифровизация порождает, наверное, самый жуткий вид тирании — диктатуру посредственности. Ничего пошлее, чем этот технотронный мир, придумать невозможно.
Татьяна Ильина, генеральный директор театра «Старый дом»:
— Получилось это, наверное, как-то чуть-чуть случайно, чуть-чуть интуитивно, но как-то специально. То есть не было такого, что мы сели год назад, например, и сказали себе «давайте в этом году мы будем строить нашу концепцию именно так». Нет. Видимо, какие-то есть высшие силы, которые в этот момент сказали нам, что время слушать друг друга, время слушать гравитацию. Самое главное, Анастасия, разрабатывая эту концепцию, выяснила, что несколько лет назад учёные открыли гравитационные волны, которые раньше существовали только в теории относительности Эйнштейна, обнаружили их. То есть можно говорить, что гравитация на самом деле может так же излучаться, как звук, как радиоволны.
WPBuild.Ru