Как изменилась ситуация на рынке лизинговых услуг в 2021 году?

Пока государство продолжает субсидировать кредитные продукты, ориентированные на поддержку бизнеса, все более значимую роль в финансировании играет лизинг. На сегодня в некоторых отраслях его вклад сопоставим со всеми прочими финансовыми продуктами — и в Сибири это заметно особенно явно. Об этом и многом другом в интервью «Континенту Сибирь» рассказал региональный директор компании «Интерлизинг» по Сибирскому федеральному округу ВАЛЕНТИН ДАНИЛОВ.

— Как в 2021 году изменился спрос на лизинговые услуги в различных отраслях экономики Красноярского края и других сибирских регионов? Чем выделяются на общем фоне Красноярск и Новосибирск? Есть ли у них своя специфика?

— 2021 год как для Новосибирска, так и для Красноярска получился однозначно успешным. Эти регионы, как и все остальные «сибиряки», отлично показали себя, перевыполнив поставленный нашим руководством план финансирования. Особенно отличился Новосибирск, который уже значительно перевыполнил план. Красноярск также перешагнул отметку в 100%.

Новосибирск и область хороши тем, что здесь достаточно широкий выбор отраслей, на которые работает лизинг. На первом месте здесь сельскохозяйственная техника и оборудование, в Красноярске лидирует лесозаготовительная отрасль, а сельхозпроизводители больше идут в кредит, а не в лизинг. Тогда как новосибирцы предпочитают все-таки наш инструмент. Сказывается также близость Кузбасса, где развита угольная промышленность, — многие из тех, кто работает там, заказывает оборудование здесь. Это видно по тому, как много грузовиков и спецтехники сегодня идет в соседний регион.

— То есть в Новосибирской области основными драйверами сегодня выступают не строители, а именно аграрии?

— Если смотреть по нашей компании, то четверть всего портфеля в регионе — именно от компаний сферы АПК. Я считаю, это очень серьезный показатель. Всего Новосибирская область собрала за этот год 2 млрд рублей, и 500 млн из них пришлось на сельхозтехнику. И это даже без учета смежного оборудования, которое тоже идет в лизинг. Тема для нас очень интересная, заказчиков в области очень много, да и государство ставит задачу развивать сельскохозяйственную отрасль.

— Участвуете ли вы в масштабных инвестиционных проектах Новосибирской области и других сибирских регионов?

— Напрямую нет, не участвуем. Но среди наших заказчиков, которым мы поставляем строительную технику, есть те, кто работает и над объектами МЧМ, и в Академгородке, и на строительстве дорог, и много где еще.

— Как повлиял на рынок лизинга дефицит грузовой техники европейских марок? Изменился ли круг интересов потребителей? Каких еще изменений в лизинге техники можно ожидать в ближайшее время?

— Проблема действительно есть: пару дней назад я общался с дилером из Красноярска, который поставляет технику MAN. И он сообщил, что больше не принимает заказов на 2022 год. Потому что продавать уже нечего. Техники попросту нет — вся разобрана. Кто-то действительно перешел на Китай, мы видим рост спроса на такие марки, как Howo, но Китай не может закрыть весь дефицит европейской техники, он не готов поставлять в Россию столько машин. Их уже тоже не всегда хватает. Поэтому дефицит, я считаю, сохранится — как минимум, на весь следующий год.

Мы видим, что за последние пару лет стоимость техники выросла почти на 70%. На это повлияли как рост спроса, так и изменения курса валют.
Стоит учесть еще и то, что за каждой единицей техники тянется еще много чего: обслуживание, запчасти, сервисные центры, гарантии и так далее. «Немцы» хороши тем, что у них в Сибири все это есть. А у итальянских марок, которые часто встречаются в европейских регионах, к сожалению, нет. Поэтому основная альтернатива — «китайцы». Или наши КамАЗы.

Что касается нас как лизинговой компании — наши объемы поставок не упали, мы стараемся как-то сгладить возникший дефицит техники. Кроме смещения по маркам, мы наблюдаем и перекос в сторону техники с пробегом. Те компании, которые успели заказать новые машины в достаточном количестве, распродают имеющийся парк — и если техника в хорошем состоянии, если она проработала всего год-два, она сейчас может стоить почти столько же, сколько новая.

— Насколько лизинг сегодня вообще востребован как инструмент финансирования? В чем его ключевые отличия от банковского кредитования? Как изменилась его востребованность за последние годы?

— Лизинг отличают от кредитных услуг такие возможности, как возмещение НДС, амортизация, другие льготы. Тем не менее заказчики на практике чаще всего выбирают комбинированные варианты, которые включают в себя и лизинговые, и банковские инструменты. Первые обычно идут на приобретение техники, вторые — на сопровождающие расходы, где выгоднее все-таки кредитные деньги. И в сумме они дают возможность работать с полной отдачей.

— Как вы считаете, нуждается ли лизинг в такой же государственной поддержке, как и банковское кредитование? Какие меры, по вашему мнению, были бы наиболее эффективными?

— Сама идея мне видится правильной, поскольку конечным получателем этих льгот становится бизнес, который либо производит и продает технику, либо получает ее. А это и налоги, и рабочие места. На самом деле программы поддержки лизинга работают уже давно — с середины 2015-х годов государство выдает субсидии по лизингу на отечественную технику. Примером может служить тот же «КАМАЗ», который мог бы побороться с «китайцами» за потребителя. Государству это, безусловно, интересно. Но в последние годы эти субсидии, к сожалению, начали потихоньку сворачиваться, а банковские льготы, наоборот, растут. Причем лизинговым компаниям с госучастием субсидии сокращаются не так быстро, как для «частников».

— Есть ли какая-то отрасль, которая, по вашему мнению, охвачена лизингом не так хорошо, как могла бы? У кого есть настоящий потенциал для роста?

— На самом деле лизингом сегодня охвачено, наверное, уже все, что только можно. За двадцать лет работы услуга проникла везде: от тяжелого машиностроения и добычи полезных ископаемых до таксопарков. Но можно, думаю, вспомнить тех, кто не использует лизинг на все 100%. Сюда можно отнести, например, медицинскую отрасль. Некоторое время назад клиники начали закупать оборудование в лизинг. Нам это направление видится достаточно интересным и перспективным.

— Какое событие 2020 или 2021 года вы назвали бы ключевым для отрасли и непосредственно для вашей компании?

— Я бы выделил увеличение лимита по экспресс-продуктам — раньше он был ограничен 30 млн рублей, сейчас увеличился до 50 млн. Много ли это? Например, лесозаготовочная компания получила финансирование и в Красноярском крае подготовила лесозаготовительные комплексы по экспресс-финансированию как раз в пределах этой суммы. Раньше не могли — только с большим авансом. Не все участники рынка могут себе такое позволить. И это, безусловно, укрепило наши позиции в Сибири.

2020 год стал для нас годом цифровизации — и не только для нас. Мы развивали интернет-каналы и уже видим результаты. Я считаю, все эти факторы внесли вклад в наш рост в 2021 году.

— Какие задачи вы ставите перед собой на ближайшие годы?

— В 2022 году мы планируем вырасти по Сибири еще на 50% относительно 2021 года. Цифры очень амбициозные, таких показателей не было еще никогда. Но эта цель того стоит.

Редакция «КС» открыта для ваших новостей. Присылайте свои сообщения в любое время на почту news@ksonline.ru или через наши группы в Facebook и ВКонтакте
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона.
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ