Мария Фефелова: Застройщик мыслит нестандартно

Сегодня как никогда новосибирцы озабочены внешним видом города. Любые изменения попадают под пристальный взгляд общественности. О том, как меняется архитектурная среда города, как строятся взаимоотношения архитекторов и застройщиков «Континенту Сибирь» рассказала главный архитектор ООО «АПМ Фефелова ВВ» МАРИЯ ФЕФЕЛОВА. Среди проектов, разработанных в этой архитектурно-проектной мастерской, – объекты, которые стали украшением Новосибирска – БЦ «Гринвич», БЦ «Парус», ЖК «Монблан», отель Marriott и другие.

– Мария, ваша фамилия очень известна в Новосибирске. Ваш отец Владимир Фефелов был одним из самых известных новосибирских архитекторов. Это мешает вам в работе или помогает?

– Не мешает. Но фамилия обязывает соответствовать, нельзя упасть лицом в грязь. Я всегда старалась работать так, чтобы мне не было стыдно ни перед собой, ни перед родителями. И живу также.

– Ваш первый объект – бизнес-центр «Гринвич» – получил главный приз национальной премии в области коммерческой недвижимости «Сommercial Real Estate Awards» и ряд других наград. Расскажите, как вы над ним работали?

– Это была наша с отцом одна из первых совместных работ. В архитектурное бюро где-то в 2007 году обратился Александр Бойко, у него был проект строительства бизнес-центра. Я только окончила институт, глаза горели. Папа сказал мне: рисуй. Я с головой ушла в этот проект, рисовала до поздней ночи. Опыта было мало, архитектор ведь, как хорошее вино, с годами становится лучше, оттачиваются  градостроительные навыки.

Мы и позднее всегда с отцом работали в тандеме. Он генерировал гениальную идею, а я облекала ее, как говорится, в плоть.

Мария ФефеловаРабота была интересной, с Александром Всеволодовичем (Бойко, президент группы «ТС групп», прим. «КС») всегда интересно сотрудничать. Он активно участвовал в разработке вариантов решения фасадов здания и выборе окончательного варианта, вместе выбирали материалы для строительства и отделки.

– Александр Всеволодович вмешивался в процесс?

– Всегда вмешивается. И это хорошо. Заказчики очень часто нестандартно мыслят. Когда они рассказывают, как видят тот или иной проект, думаешь про себя, как же это возможно? У нас очень строгие строительные нормы, надо их очень внимательно читать, чтобы что-то неординарное нарисовать. Они где-то очень разумные, а где-то вызывают просто ступор. Зачастую проще сделать специальные технические условия и закрыть этот вопрос.

Любое здание – это совместный проект заказчика и архитектора. Конечно, архитектор предлагает концепции, разрабатывает идеи. Но мнение заказчика тоже очень важно. Ведь, в конце концов, он платит деньги.

– Архитектор, зная об ограничениях, которые диктуют градостроительные нормы, может умерить фантазию застройщика?

– В этом есть доля правды.

У заказчика в голове складывается некая идеальная картинка, схема. Часто девелоперу хочется, чтобы помещения внутри здания соединялись и пересекались, чтобы одно общественное пространство перетекало в другое, чтобы не было естественных барьеров. И я, как архитектор, понимаю, что предложенная заказчиком схема идеальна, она будет работать, и именно так было бы удобнее перемещаться по зданию. Простой пример. Вы хотите построить многоквартирный высотный дом, в котором на первом этаже расположилась бы, допустим, кофейня. И чтобы жильцы могли в нее спускаться, не выходя из дома. Но строительные нормы это запрещают. Все выходы-входы из общественной части должны быть обособлены от входов-выходов в жилье. И никакие системы безопасности, противопожарные двери и тому подобное это изменить не могут. Поэтому жильцы будут ходить в кафе через улицу.

– И ничего с этим сделать нельзя?

– В таких случаях необходимо разработать специальные технические условия. И тогда ты волен рисовать, как ты хочешь. В СТУ будут прописаны условия, при которых ты можешь это сделать.

– Новые материалы, которые начали появляться в то время на рынке, развязали вам, как архитектору, руки?

– Несомненно, они облегчали нашу задачу. Например, для объекта «Гринвич» мы привозили Alpolic – композитные панели высочайшего качества. Я их до сих пор очень люблю, но сейчас они космически дорого стоят. Это очень интересный материал, который выпускает концерн Mitsubishi. Мы использовали навесную фасадную систему «ДИАТ», обладающую высокой прочностью и низким коэффициентом теплопроводности за счет использования нержавеющей стали, надежные витражные конструкции. На тот момент это были передовые технологии и материалы. Мы предложили основной высотный объём сделать линзообразной формы, которая легче воспринимается по сравнению с прямоугольной за счёт ускользающей перспективы и хорошо вписывается в окружающее пространство.

Мария Фефелова– Какие современные тенденции превалируют в новосибирской архитектуре?

– Я бы не сказала, что сегодня  в Новосибирске или каком-то другом городе доминирует какая-то одна архитектурная тенденция. Если посмотреть столичную архитектуру, то она отличается в зависимости от класса жилья. Если это элитные дома, то они могут быть построены в стиле переработанной, переосмысленной классики. В Новосибирске также.  Архитектурные решения домов премиум сегмента интереснее за счет более дорогих материалов, конструкций, фасадных подсистем, используемых при строительстве.

Современность накладывает отпечаток на любой стиль. Отель «Marriott» – это современное прочтение модерна. Растительные орнаменты на фасаде – это элементы пластического модерна. Очень много сейчас строят зданий в современном стиле, с облицовкой кирпичом или плиткой. Например, «MilkHouse». У здания есть горизонтальные элементы, которые отсылают к классической архитектуре.

Сегодня популярны «бегающие окна», когда нет строгой структуры окно над окном. Это некий танец на фасаде. На западе эта тенденция началась раньше, а теперь пришла и к нам.

– Новосибирск по меркам других мегаполисов достаточно молодой город. В его архитектуре слабо прослеживается связь времен. Это уже не изменить?

– Изменить можно все, было бы желание. В Новосибирске каждое здание, которое хранит особую историческую энергетику, на счету. Посмотрите, как вдохнули жизнь в старую копировальную фабрику на Красном проспекте, 22. Теперь здесь клубы и рестораны, внутренние дворики, где сидят люди.

В Москве полно таких мест. Берут старые здания фабрик, других промышленных объектов, реставрируют, проводят реновацию и создают новые площадки для общения людей. В Нью-Йорке я любила ходить в Челси Маркет. Он расположен рядом с High Line парком, в который превратили заброшенную наземную ветку железной дороги. Сам рынок расположен в здании старой фабрики. Когда ходишь по нему, касаешься старых кирпичных стен, то чувствуешь их энергетику. Такие места мне кажутся настоящими.

ЖК «MilkHouse» способен организовать вокруг себя симпатичную среду. Его застройщик планирует отреставрировать рядом стоящие старинные кирпичные дома. «MilkHouse» интересен еще тем, что он построен по принципу квартальной застройки. Для Новосибирска это редкость. В силу ряда причин архитекторы не всегда могут запроектировать квартал так, как хотели бы.

– В Новосибирске принято ругать точечную застройку. Но она продолжается. С чем это связано?

– В основном с размером участка. Больших территорий в центре города практически нет. Все нарезано кусочками по 0,5-0,8 га. На таких площадях квартала не будет. А земля здесь стоит очень дорого. Соответственно, надо делать выбор или оставить все как есть, или строить точечно. Например, есть участки земли в центре по улице Семьи Шамшиных. Но на них стоят частные дома, и неизвестно, когда они будут убраны. В свое время мы разрабатывали архитектурную концепцию этой улицы, хотели расселить ветхие дома. Но один из собственников установил запредельную цену на землю. Договориться так и не смогли. Концепцию переделали. В результате девелопер возвел одно здание, а тот человек остался в своем доме.

– Насколько востребованы новосибирские архитекторы? Есть ли смысл девелоперам обращаться в иностранные архитектурные бюро, приглашать специалистов из-за рубежа?

– В Новосибирске работают достаточно сильные архитектурные компании. Каждый заказчик найдет для себя то, что хочет, с кем будет работать. Это не отменяет интерес девелоперов к западным архитекторам и дизайнерам. Некоторые из них успешно сотрудничают с зарубежными специалистами. Например, «Брусника. Сибакадемстрой» по проекту квартал урбан-виллы «Никитина» взаимодействуют с голландским архитектурным бюро.

Я в какой-то момент поняла, что тоже хочу сотрудничать с западными архитекторами. Написала письмо с предложением нескольким зарубежным компаниям, они согласились, и мы ведем совместный проект. Почему нет?

– Конкуренции с западом не боитесь?

– Зарубежные архитектурные компании на новосибирский рынок просто так не придут. Они не знают наших градостроительных норм. Им все равно нужен будет местный партнер. Сегодня мы реализуем проект (не в Новосибирске), в разработке концепции которого принимают участие польская (по благоустройству) и немецкая (по архитектуре) компании. Если заказчик готов работать с нашими коллегами с запада, то мы только за. Это интересно. Результаты совместного творчества узнаваемы. Такие проекты заметно отличаются от того, что строится сегодня в Новосибирске, в лучшую сторону.

– Что почерпнули для себя из этого сотрудничества?

– Нестандартность мышления. Иностранные коллеги предлагают интересные решения. Понятно, что они стоят дороже. К сожалению, сегодня мы все еще ощущаем последствия кризиса 2008 года, когда началась тенденция удешевления зданий. Тогда первыми, на чем стали экономить застройщики, оказались фасады. Под предлогом, что нет денег, отказывались стеклить балконы, делать ограждения, переходили на дешевый облицовочный кирпич. И девелоперам шли навстречу, согласовывали проекты – кризис. Это печально. Любой кризис закончится, а здание кривое-косое, в котором жильцы сами, кто во что горазд застеклили балконы, будет стоять годами. И мы на это будем смотреть.

– А что же было делать? Не строить?

– Искать архитектурные решения, которые соответствовали бы бюджету, но за которые не было бы стыдно. Нет денег на остекление? Надо строить квадратный дом, чтобы балконы не выступали, грубо говоря. Ровные простые линии. Если мы построим дом, в котором предполагаются балконы под остекление, а потом этого не сделаем, то, в конечном счете, получим малопривлекательный внешний вид здания.

Существуют недорогие штукатурные фасадные системы. К сожалению, мы стакиваемся с тем, что попросту катастрофически не хватает специалистов, которые могли бы сделать эту довольно сложную работу. И это не один-два человека. Нужны бригады. Когда мы штукатурили фасады здания на улице Советской, 8, у нас работали одновременно три бригады, чтобы успеть закончить работу за короткий летний сезон. Зимой по технологии штукатурить нельзя.

– Мария, хочется еще поговорить на тему градостроительной политики в Новосибирске. Например, что думает архитектурное сообщество поэтому поводу? Действительно ли у мэрии связаны руки, нет никаких юридических механизмов и рычагов, чтобы повлиять на застройщиков, чьи объекты наносят ущерб архитектурному облику города? Возможно, для мэрии – главное отчитаться, что растут квадратные метры жилья, создаются рабочие места?

– Насколько я могу судить, у городских властей нет действенных рычагов влияния на собственников. Например, архитектор рисует проект, разрабатывает паспорт фасада, защищает его в соответствующих инстанциях. А застройщик в силу каких-то своих причин, в силу рыночной конъюнктуры на этапе строительства вносит изменения. И ничего с этим сделать нельзя.

У нас есть Градостроительный совет города, где мы обсуждаем значимые проекты. Но юридической силой решения совета не обладают. В моей практике было такое. На Градостроительный совет мы выходили с одним проектом, а в результате строится совершенно другое.

В Москве эту проблему решили. У них есть АГР – архитектурно-градостроительные решения. Этот документ защищается и согласуется в правительстве Москвы и выдается застройщику вместе с градпланом земельного участка. Если девелопер решил что-то изменить, то ему придется пройти всю процедуру принятия АГР заново.

Есть еще такой момент. Вопрос внешности зданий – это вопрос индивидуальных предпочтений. Существует сухой нормативный язык, если застройщик ничего не нарушает, строит по нормативам, то все остальное – вопрос личных предпочтений, вкуса. Кому-то тот или иной дом не нравится, кому-то наоборот он кажется гармоничным и уместным на данной территории.

Сегодня на строительном рынке доминирует жилищное строительство. Общественные здания почти никто не строит. И никто из участников процесса не стремится строить некрасивые здания. Заказчики приходят к архитекторам за красивой идеей. Но ситуация может развиваться по-разному. Сегодня до конца не понятно, что будет на рынке строительства жилья после вступления в силу закона о проектном финансировании. Теперь банки будут играть серьезную роль. Они выдают кредиты и будут влиять на реализацию проектов.

– Если говорить о массовом жилье. Каким оно должно быть? Можно ли строить качественно и недорого?

– Компании, которые строят жилищные комплексы эконом класса, как правило, компании полного замкнутого цикла. У них есть свои архитекторы, свои строители. Каким будет тот или иной комплекс зависит от системы ценностей застройщика. Думаю, здесь, в конце концов, рынок все расставит по своим местам. Люди при покупке квартиры все чаще обращают внимание на то, есть ли в новом микрорайоне социальная и коммерческая инфраструктура, будут ли они добираться на работу и обратно по пробкам. В итоге предпочитают приобретать квартиры чуть дороже, но в более благоприятных для жизни и воспитания детей районах.

Сегодня новосибирцам есть, с чем сравнивать. Я давно заметила, что люди при выборе жилья, больше обращают внимание на благоустройство, чем на тот же фасад здания. Во время командировки в Германию, я побывала во Франкфурте в кварталах, где недорогое жилье. Формы зданий простые, светлые фасады, дома 5-7 этажные, а вокруг – прекрасное благоустройство, много зелени и цветов. Было ощущение, что ты находишься не в крупном финансовом центре страны, а в уютном пригороде.

Надо отдать должное новосибирцам, у нас дворы даже панельных домов благодаря ТСЖ, неравнодушным жителям существенно преобразились. Они, конечно, не стали выглядеть как придомовые территории премиум сегмента. Но уже нет побитых бордюрных камней,  везде разбиты цветущие клумбы, посажены деревья.

Стремление окружать себя красотой, красивыми вещами – в нашей человеческой природе. Неслучайно застройщики уделяют пристальное внимание благоустройству. Это одно из ключевых конкурентных преимуществ жилых комплексов.

– У современного благоустройства также есть свои тенденции?

– Здесь все проще. Для оформления территории выбираешь соответствующую стилистику. На ЖК «Монблан» – один тип двора, учитывающий нагрузку на перекрытия. У той же «Брусники» чаще более плоскостные решения. Главное условие – максимум зелени.

— У вас есть любимые здания, которые вы проектировали?

— Здания, как дети, я люблю их все. Это твое творение. Очень грустно, когда приходится что-то менять, исправлять. Я немного болезненно к этому отношусь, это всегда сопряжено с внутренними эмоциональными переживаниями.

Когда строишь дом, то композицию фасада делишь на определенные уровни: уровень первого-второго этажа, тот самый уровень, который воспринимается пешеходами, срединная часть и верхняя, которую видно издалека. Здания, расположенные в тихом центре, на территории с плотной застройкой, всегда по архитектурной динамике будут отличаться от зданий, которые строятся на магистралях.

Например, ЖК «Эльбрус», выходящий на Ипподромскую магистраль. Этот объект должен был носить название «Арка», но из-за кризиса пришлось отказаться от перемычки между башнями. У комплекса очень простые чистые линии. Но он берет масштабом и белизной. Когда мы рисовали фасады, наши московские заказчики настояли на белом цвете. Это было нетипично для Новосибирска, в то время большинство зданий было выполнено в бежевых тонах либо в серых, типичных для конструктивизма. Благодаря настойчивости заказчиков у нас случилась эта белая сочинская архитектура. И хотя объект стоит на оживленной магистрали, материал не выглядит серым и грязным. Это говорит о том, что не надо бояться использовать светлые цвета у нас в городе, не надо бояться пыли Кулундинских степей.

— А над чем работаете сейчас?

—У нас несколько объектов в Новосибирске и других городах. Какие-то проекты ведем давно, например, «Римский квартал», там строится вторая очередь. Какие-то только разрабатываем. Сегодня мы активно используем BIM-технологии. Этот высокотехнологичный инструмент проектирования позволяет существенно оптимизировать затраты заказчика, а нам выдавать высокотехнологичный продукт. Ручную графику, конечно же, никто не отменял. Иногда встаю за кульман. Часто показываю заказчикам проекты, выполненные вручную. Они теплые, милые. Это живой творческий процесс.

Все наши города — это история. Сколько поколений архитекторов работало над ними, создавало архитектурные среды, точки притяжения. И ты чувствуешь ответственность перед людьми, которые будут жить в городе, который ты строишь.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Александр Кулинич, Председатель Правления Ассоциации содействия деятельности органов по сертификации, испытательных лабораторий и экспертных организаций:

— Строительство любого объекта — это сложный многоэтапный процесс от замысла до воплощения. Любой застройщик хочет, чтобы его новое сооружение соответствовало всем ожиданиям. Однако для этого есть ряд установленных законодательством требований, нацеленных на обеспечение надежности, безопасности и долговечности возводимых объектов.

Для получения разрешения на строительство проектная документация в обязательном порядке должна получить положительное заключение экспертизы как подтверждение соблюдения всех установленных требований. На экспертизу застройщик представляет проект будущего сооружения с описанием его архитектурных, функциональных, инженерно-технических и иных решений, а также результаты инженерных изысканий территории, на которой планируется строительство.

И только если документация подготовлена в полном объеме и оформлена в соответствии со всеми требованиями российского законодательства, застройщик имеет шанс получить положительное заключение экспертизы на соответствие требованиям технических регламентов, санитарно-эпидемиологическим требованиям, требованиям в области охраны окружающей среды и т. д.

Обращаться за решением такого важного и сложного вопроса, конечно, необходимо только к профессионалам.

Одна из таких организаций — ООО «Эксперт-Проект», входящее в Группу компаний «Центр экспертиз и оценки соответствия». Она аккредитована Федеральной службой по аккредитации (№ RA.RU.610650, № RA.RU.611529), имеет собственный штат аттестованных Минстроем России экспертов, которые являются прямыми исполнителями работ по экспертизе. ООО «Эксперт-Проект» успешно реализует в своей деятельности последние требования градостроительного законодательства: прием и рассмотрение документации в электронном виде, регистрация положительного заключения экспертизы в Едином государственном реестре заключений экспертизы с присвоением номера. Все это дает возможность предлагать услуги по выгодным ценам и в сроки не более 15 рабочих дней. Кроме того, при необходимости клиент всегда может получить здесь профессиональную консультацию эксперта.

Группа компаний «Центр экспертиз и оценки соответствия»
Адрес: г. Новосибирск, ул. Шевченко, 4.
Телефоны: 8-800-5000-619, +7 (383) 207-54-60.
Сайт: www.ncspu.ru. Реклама

Редакция «КС» открыта для ваших новостей. Присылайте свои сообщения в любое время на почту news@sibpress.ru или через наши группы в Facebook и ВКонтакте
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона.
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ