Александр Бурков: «Нам удалось консолидировать политические силы в Омской области»

В начале октября исполнился год, как екатеринбуржец и справоросс АЛЕКСАНДР БУРКОВ возглавляет Омскую область. «Континент Сибирь» встретился с губернатором региона во время его визита в Новосибирск, организованного полпредом, и узнал, какие изменения начались в Омской области, и какие точки напряжения все еще остаются.

— После 2010 года сибирским журналистам экономического профиля становится все труднее находить темы, касающиеся новых инвестпроектах. А все потому, что проектов становится все меньше. Расскажите, как в Омской области обстоят дела с инвестициями, и какие проекты реализуются на территории региона.

— Наверное, вы в курсе, что калининградский агрохолдинг «Содружество» намерен построить в регионе логистический центр, который будет специализироваться на хранении и переработке зерновых и масличных культур. Стоимость первой очереди проекта – более 1 млрд руб. Это перспектива ближайших трех лет.

Реализуется  крупный проект с компанией «Омский бекон» по строительству нового свиноводческого комплекса.  У нас есть предприятие бизнесмена Темури Латария (собственник крупнейшего агрохолдинга ГК «РУСКОМ» — «КС»), которое расширяет свои мощности, и в дальнейшем будет увеличивать производство мяса птицы. Это если говорить про сельскохозяйственную сферу.

У нас есть инвестиционный проект по строительству солнечной электростанции. ООО «Авелар Солар Технолоджи» (ГК «Хевел») намерено инвестировать около 3 млрд руб. Проект реализуется в Нововаршавском районе области. Начало строительства запланировано на следующий год. У нас также проходит комплексная модернизация нашего основного промышленного предприятия, нефтеперерабатывающего завода. Общая цена трех проектов — 109 млрд руб.  Это новая линия по выпуску катализаторов, модернизация системы первичной переработки нефти, производство игольчатого кокса. С 2018 года начали работы в этом направлении.

Есть омское конструкторское бюро, которое планирует запустить проект на 1,2 млрд руб. Надеемся на проект предприятия «Прогресс». Это порядка 2 млрд руб. инвестиций в строительство испытательного стенда для шин авиационной промышленности. Сейчас работаем с Минпромторгом в этом направлении. За него борется и Ярославль. Можно сказать, идет спор, где его реализовывать, у них или у нас.

— В общей сложности, какой объем инвестиций в регион вы ожидаете в ближайшие три года?

— Массового прироста новых инвестиций пока не ждем. То, что есть по плану… До 2021 года рассчитываем получить до 120 млрд руб.

— Инвесторы в Омскую область идут из других регионов?

— Нет, все местные, омские. Исключение только «Содружество».

— Есть информация, что наблюдается интерес инвесторов из Екатеринбурга.

— Нет такого. Для екатеринбургского бизнеса Омская область – не самый привлекательный регион. Маржа бизнеса в Екатеринбурге выше в разы, уровень доходов, бюджетной обеспеченности — тоже. Любое возьмите направление, хоть сферу услуг.

— Согласно официальным данным, по объему валового регионального продукта (ВРП) Омская область в прошлом году была на 27-м месте среди регионов страны и на пятом в Сибирском федеральном округе. Какие прогнозы на 2018 год?

— Как минимум остаться на этом уровне. Но с учетом падения строительной отрасли (мы введем меньшее количество квадратных метров), снижения показателей в сельском хозяйстве (погода не позволила получить урожай прошлого года), задача удержаться на 27-м месте.

— Давайте поговорим про инвестиции в инфраструктурные проекты. Как сейчас развивается ситуация с аэропортом «Омск-Федоровка». Сейчас идут судебные споры….

— Сейчас идет речь о взыскании более 60 млн руб. с Омской области банком ВТБ. Одно решение вступило в силу, обжаловали во второй инстанции. Это история прошлых лет. Будем ждать решения суда.

— Но сейчас интересует будущее, как инвестировать и строить.

— Есть инвесторы, «Новапорт» и «Регионы России». Будем определяться. Они готовы участвовать в этом проекте, но нам необходимо участие федерации. Потому что взлетная полоса будет федеральной собственностью, все аэронавигационные аппараты, оборудование тоже. Ведется диалог с правительством, Минтрансом, чтобы достраивать и в перспективе запускать.

— Насколько заоблачная такая перспектива?

— Повторюсь, переговоры идут. Раз в месяц встречаемся, обсуждаем с инвесторами, федеральными ведомствами.

— Еще один инфраструктурный проект, анонсированный вами — это скоростной трамвай взамен метро. Считали ли экономику проекта, есть ли инвесторы?

— Инвесторов нет. В этом вся сложность. Но мы в любом случае должны использовать инфраструктуру метрополитена, потому что в нее вложены большие народные деньги. Нам не хочется это бросать. То, что мы не достроим метро за счет собственных средств, понятно. Чтобы сдать первую линию, нужно денег больше, чем весь годовой бюджет Омска. Поэтому встает вопрос о переориентации на наземный транспорт. Сейчас переговоры ведутся, но явных инвесторов, заинтересованных в проекте, нет.

— Почему нет интереса?

— Давайте посмотрим, кто работает по концессии на трамвайные линии в России. Например, Пермь. В Омской области срок окупаемости будет очень длительный . Концессионер не сможет выставить выгодный ему тариф. Областной бюджет не сможет выдать ему поддержку, чтобы компенсировать траты.

— Все как всегда упирается в деньги, вернее в их отсутствие. Деньги нужны и для того, чтобы помочь обманутым дольщикам, которых в Омской области немало. Вы просили у сибирского полпреда президента Сергея Меняйло помощи в этом вопросе, в частности, задействовать федеральные средства…

— Уже создан федеральный фонд по защите прав обманутых дольщиков. Но он будет заниматься новыми обманутыми дольщиками. Мы же предлагаем, чтобы он взял на себя полномочия по работе с уже имеющимися обманутыми дольщиками. Сделать это можно за счет привлечения федеральных средств. Как в случае с домами компании «СУ-155» (один из крупнейших застройщиков России, признанный банкротом в 2016 году – «КС») в Московской области. Тогда было принято решение, по которому государство обязало банк взять на себя финансовую нагрузку, за счет которой завершалось строительство домов. Я обратился с аналогичным предложением. Мы понимаем, что из 3000 дольщиков 1855 находятся в «красной зоне». В их случае обанкротившиеся застройщики или привлечены к уголовной ответственности, или у них нет правоустанавливающих документов даже на землю. Есть еще случаи, когда брошенный дом находится на первоначальном этапе строительства, либо в таком доме нет свободных квартир, которые можно было бы пустить под реализацию, чтобы новому застройщику привлечь инвестиции.

— В итоге ваше предложение не поддержали?

— Пока мы слышим, что Сергей Иванович (Меняйло – «КС») не готов говорить о дополнительном финансировании из федерального бюджета. Для решения этой задачи регионам предлагается изыскивать средства самостоятельно. Сложность для нас заключается в том, что у нас нет высокого спроса на землю. Мы законодательно сделали все, приняли закон, который позволяет предоставлять застройщикам землю без торгов, если они 10% от готового жилья будут отдавать обманутым дольщикам. Но спроса нет. У омских застройщиков сегодня стоят готовые квартиры. Их около 3,5 тыс.! Поэтому строители не заходят на новые участки. Ряд компаний у нас имеет большие площади под комплексную застройку, и они на данный момент не осваивают эту землю.

— Чего ждут застройщики?

— Пока экономика в регионе стабилизируется, когда поднимется уровень жизни населения, чтобы началась реализация квартир. Сегодня мы практически обнулили застройщикам налог на землю. Потому что дома стоят незаселенными. Сегодня мы договорились со всеми ресурсоснабжающими организациями, чтобы строители не платили за подключение к сетям.  Город берет на себя благоустройство территории возле нового дома. А это должны делать застройщики. Мы сегодня 360 млн руб. из бюджета заложили на компенсацию процентов по ипотеке жителям, чтобы она была не более 6%. Тем самым мы стимулируем спрос. Удалось сдать три дома в этом году, и в планах на ближайшие два года — еще шесть. А вот дальше будет сложнее.

— От вопросов социально-экономических к политическим. Много уже говорилось по поводу формирования правительства, но, по сути, так и не сказано ничего. После избрания губернатором вы сказали, что у вас есть три месяца на представление нового состава и структуры правительства. Говорили, что будете опираться на местные и молодые кадры. Когда все же объявите о формировании правительства? Будет ли разделение главы региона и председателя правительства?

— Разделения обязанностей не будет, это будет один человек – губернатор и он же председатель правительства. Структура будет меняться частично. По составу правительства консультации ведутся. Кто-то останется из прежних руководителей, кто-то будет отправлен в отставку. До конца года мы сформируем правительство. Спешить нам некуда. Кабинет министров не стоит на месте – идет процесс подготовки документации для участия области в национальных проектах. Я отработал год в регионе и вижу плюсы и минусы каждого из руководителей. Смотрим тех людей, кто сегодня находится в обойме в администрациях муниципальных районов, кто работает в городе Омске, на предприятиях. Сложность в последнем случае в том, что ни один директор не отдает своего подчиненного, имеющего опыт работы и достойного занять министерское кресло.

— Удивительно, что так бывает.

— Ну, а почему? У них свои интересы, бизнес-планы, в том числе, производственные. Они не идут ни в какую на то, чтобы лишиться ценного кадра.

— Если измерять в процентном соотношении, насколько изменится состав правительства?

— Я думаю, что процентов 30 будет заменено. Остальные останутся работать.

— Появятся ли в правительстве специалисты из других регионов?

— Знаете, хочу вам сказать, что они будут. Но желающих приехать в Омскую область не так много. Поэтому опираться будем больше на местные кадры.

— Что касается политических сил, партий, оказываете ли вы поддержку местным справороссам или вы равноудалены относительно всех партий?

— Сейчас я равноудален. Никому не даю никаких приоритетов и преференций. В Омской области каждая партия развивается самостоятельно.

— 9 октября исполнился год, как вы работаете в Омской области. Какие вы сейчас видите точки напряжения в регионе: политические, социальные?

— Что касается политической сферы, они есть, но в таком латентном состоянии. Нет ярко выраженного противостояния. Потому что мною четко поставлена задача, что не может быть никакого передела сфер влияния. Все должны, невзирая на прошлое, работать с тем, что имеют в настоящем. Задача — объединить все элиты для решения социально-экономических задач, которые перед нами стоят. Мне кажется, что есть понимание этого. Надо отдать должное и бизнесу, и политическим элитам.

— Как вы думаете, сколько времени нужно, чтобы закончился отток населения, повысился уровень жизни омичей?

— На это уйдет не один год. Отток населения у нас сохраняется на прежнем уровне. По уровню зарплат работников бюджетной сферы мы сделали шаг вперед. Мы четвертый регион в России по темпам роста номинальной зарплаты. Реальная зарплата, к сожалению, меньше. В тоже время, нам нужно заниматься сегодня людьми, задействованными в частном секторе. Задача следующая: за счет трехсторонних соглашений, между профсоюзами, работодателями и правительством области увеличивать доход жителей. Мною дано поручение, что со следующего года предприятия, получающие государственные контракты на дорожное строительство, на субсидирование в сфере сельского хозяйства, должны будут держать зарплаты на среднем уровне по отрасли.

Если взять медицину и сравнить нас, допустим, с Алтайским краем, у нас строится 21 фельдшерско-акушерский пункт (ФАП), в крае – четыре. У нас существует региональная программа по доступности медуслуг. По ней мы строим в этом году 11 ФАПов за счет областных средств. Наша задача сделать медицину более доступной. В этом направлении работа складывается лучше.

Был сделан первый шаг по реновации объектов образования. Отремонтированы школы, детсады – практически каждый второй объект. Где-то крышу заменили, где-то сети, где-то окна. Эта работа не велась последние 10 лет.

— Важны еще и спортивные объекты. Как сейчас развивается ситуация с ареной «Омск»?

— Важна доступность спортивных объектов. Арена «Омск» — больше имиджевый проект региона, о нем отдельно. Давайте говорить о том, что нам необходимо строительство детских площадок, спорткомплексов, дворца игровых видов спорта. Все это нужно делать путем привлечения дополнительных инвестиций.

Что касается арены «Омск», то в любом случае команду будем возвращать. По поводу решения о строительстве или реконструкции идут переговоры с «Газпромнефтью», поскольку арена находится на их балансе.

— После каждого года работы принято подводить промежуточные итоги. Что вы считаете своим самым важным достижением на данный момент?

— Это консолидация всех сил, политических и экономических. В регионе наступило спокойствие. В этих условиях можно работать. У партий и экономических структур есть желание работать. Это ключевая вещь, а из нее идут производные. В социальной сфере – ремонт больниц, школ. Закончим строительство поликлиники в этом году на левом берегу на 1 тыс. посещений в сутки. Закончили театр «Галерка». Продолжается строительство здания-памятника «Саламандра». Но нам понятно, что предстоит много сделать, и успокаиваться не стоит.

Редакция «КС» открыта для ваших новостей. Присылайте свои сообщения в любое время на почту news@sibpress.ru или через наши группы в Facebook и ВКонтакте
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона.
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ