Виктор Толоконский: «Кто-то ждет, что я закручу гайки»

По каким направлениям Красноярский край и Новосибирская область могут сотрудничать и обмениваться опытом, как реализуются в крае крупные экономические проекты, корреспонденту «КС» Елене АНИКИНОЙ рассказал губернатор Красноярского края ВИКТОР ТОЛОКОНСКИЙ, побывавший с частным визитом в Новосибирске.  

«Хорошие впечатления от Новосибирска»

— Какие планы у вас в Новосибирске?  

— Я в кратковременном отпуске, но в Новосибирске наметил несколько дел. Например, визит к председателю племзавода «Ирмень» Юрию Бугакову, в Ордынский район. Хочу узнать, что у него нового, но есть и практический интерес. Объемы сельскохозяйственного производства в Красноярском крае очень высокие, урожаи больше, чем в Новосибирской области, концентрированных кормов делаем много, зерна — почти два с половиной миллиона тонн. Тем не менее, наши лучшие хозяйства достигают продуктивности 7,5 -8 тысяч килограмм молока на корову. А у Бугакова устойчиво получается почти 11 тысяч. Сейчас мы с нашим профильным ведомством изучаем возможности генетического укрепления потенциала наших хозяйств. Поэтому интересен опыт Юрия Федоровича.

Кроме того, хочу, чтобы руководители красноярских хозяйств побывали и в Маслянинском районе, познакомились с различными аграрными технологиями, которые применяются там. Недавно в Красноярском крае было принято решение развернуть программу господдержки личных и фермерских хозяйств. Она включает субсидии на приобретение племенного скота. Понимаю, что у Юрия Федоровича нет проблем с продажей его высокопродуктивных телок. Но думаю, по дружбе мы договоримся, что какая-то часть будет реализовываться и для красноярцев. Вот такой у меня отпускной дружеский и одновременно рабочий визит.  

— Удалось пообщаться с горожанами?

— Пообщался. Побывал в Первомайском сквере, где мы пели.

— И как? Узнают?  

— Узнают. Мы с семьей гуляли по городу пешком, было приятно, что многие здоровались. Видно, что два года — это не тот срок, за который совсем забывают. И я наблюдаю, как живет город. Вижу, что появляются новые объекты. Хотя, когда шел по улицам, иногда по привычке хотелось позвонить, поправить ситуацию (улыбается). Супруге сказал: больше двух лет назад я не дал бы вам погулять — звонил бы, строил некоторые службы. А сейчас просто гуляем. Но в целом у меня самые хорошие впечатления. Новосибирск — это особый город, это родина, друзья, практически вся моя жизнь. Новосибирск любим навсегда.

— Анатолию Локтю непросто достигать результатов в сложившихся экономических условиях. Вы заметили перемены?

Я доверяю руководителям, которые сегодня работают и в области, и в городе. Но не хотел бы давать оценки, рассуждать, кто как справляется. Это не очень корректно, все-таки за последние два года я не так много времени провел в Новосибирске. Только кажется, что Красноярск рядом. На самом деле, хорошо еще, если у меня получается бывать в Новосибирске два-три раза в год. Я не ощущаю повседневный ритм жизни города. В выходные смотрел программы местного телевидения, журналист берет интервью у кого-то из руководителей областных служб, и я ловлю себя на том, что этого человека не знаю, при мне он не работал.

Кроме того, столько пережито, столько прожито здесь — я обостренно воспринимаю все, что происходит. Так что субъективность все равно будет проявляться. Оценивать же нужно адекватно конкретной ситуации, данному моменту. Если начать рассуждать с позиции «чего бы мне хотелось», буду не объективен. Находясь каждый день в губернаторском кабинете или кабинете мэра, я понимал ограниченность возможностей. Мне и тогда многое хотелось сделать, но ресурсов не хватало…

В то же время я могу достаточно свободно говорить о своем видении: о том, что в моем представлении важно для развития Новосибирска, Новосибирской области, какие, на мой взгляд, главные точки роста, что должно быть безусловным приоритетом. Потому что я долго здесь жил и работал, все-таки имею серьезное представление о потенциале региона и о том, каким может быть его будущее.

«Важнее всего — развитие общественного транспорта»

— Одна из проблем, которая объединяет Новосибирск и Красноярск — это загруженные дороги, пробки. Год назад вы говорили «КС» о проекте, который Красноярский край собирался внедрять, — платные парковки. Власти Новосибирска тоже анонсируют планы по введению подобной системы. Как бы вы охарактеризовали этот опыт на примере Красноярска?

Проблема дорог в Красноярске находится в центре внимания общественности и муниципальных институтов. В том, как развивался транспортный комплекс в городе, есть своя специфика. Например, в Красноярске отсутствуют маршрутные такси. Есть автобусы большой вместимости, троллейбусы, трамваи, но не маршрутки. А автобусы или троллейбусы не всегда оптимально загружены, хотя занимают много места на наших улицах, не таких широких, как в Новосибирске. Городу непросто дается развитие. Отсутствие природного газа очень сильно ограничивает возможности. Новосибирск может позволить себе выйти на застройку новых микрорайонов — Родники, Снегири, Ключ-Камышенское плато и перед ним не встанет вопрос о теплоснабжении. Газовый модуль легко прокладывается, это не бьет по экологии. В Красноярске экологические проблемы мешают строить новые теплоисточники. Мы стараемся добиться того, чтобы автомобильный поток меньше останавливался, давал меньше выбросов, когда машины трогаются с места. Для этого нужны надземные переходы, сокращение количества светофоров.

Очень важное направление — развитие общественного транспорта. Этой теме уделяется много внимания. Обычно с возрастом трудно пересматривать свои управленческие позиции. Но Красноярск меня во многих отношениях изменил. Например, я всегда был уверен, что эффективным способом борьбы с пробками являются в первую очередь различные транспортные развязки. Но в Красноярске погрузился в тему и изменил мнение. К нам часто приезжает известный профессор Михаил Блинкин, директор Института экономики транспорта и транспортной политики Высшей школы экономики. Специалисты пришли к выводу, что развязки почти ничего не изменят в нашем городе. Раньше я был сторонником множества парковок в центре города. Но у экспертов есть сомнения, что и это решает проблему в Красноярске. Так что лучше всего заняться развитием общественного транспорта, сделать его удобным, комфортным.

Нужны решения, аналогичные тем, которые действуют в Амстердаме (не был там, но специалисты рассказывали). Там если оставить машину и не пользоваться общественным транспортом, то парковка стоит бешенных денег. Но если в течение трех дней проехать на автобусе или трамвае, то заплатить можно на два порядка меньше. Это хороший стимул для того, чтобы пользоваться общественным транспортом. В Прибалтике предлагают пойти еще дальше и сделать проезд бесплатным для тех, у кого есть водительские права. В Красноярске есть автобусные маршруты с эмблемой «П». Предъявив парковочный талон, можно ехать бесплатно…

Метро в Красноярске нет, но рельсы вокруг города проложены. Сейчас мы пытаемся развивать круговую электричку. Единый билет, пониженный тариф — все это дает эффект. На наземном транспорте проезд стоит 21 рубль, а на электричке — 18. Строим перехватывающие парковки, пересадочные узлы, чтобы можно было оставить машину и по кругу приехать в другую часть города, не пересекая его по пробкам. Инфраструктура требует серьезных вложений, поэтому были сомнения. Но показательно, что с 2014-го пассажиропоток в электричках прирастает примерно по двадцать процентов ежегодно. Думаем о скоростном трамвае. У нас есть проспект «Красноярский рабочий» — 15 километров. Почему бы не пустить по нему бесшумный трамвай? Я был в Екатеринбурге, посмотрел новые проекты. Будет с деньгами получше, может быть, реализуем этот вариант.

Что касается платных парковок, они безусловно дали определенный эффект. Хотя приживались непросто. И сейчас еще вносятся коррективы в систему. Мне кажется, нужно опираться на опыт Москвы. В Красноярске слишком свободолюбивое общество, оно вообще не любит никаких ограничений. Было очень трудно объяснить, почему к проекту платных парковок был привлечен частный оператор. Мы столкнулись с непониманием со стороны ряда организаций, у которых в центре города имелись свои корпоративные стоянки и весь коллектив спокойно мог рано утром приехать на работу, оставить машины.

В ближайшее время мы постараемся создать центр транспортного планирования. Сейчас развитием дорог занимаются различные структуры. Не всегда профессионально. Поэтому мне хочется, чтобы вопросы дорожного строительства, развития транспортных маршрутов, общественного транспорта, парковок решались в едином центре.

Рассчитываю, что проект будет реализовываться совместно с мэрией. Надеюсь, сможем постоянно внедрять новые элементы в развитие транспортной инфраструктуры. Хочется вывести на новый уровень систему такси.

«Нужно уважать законы рынка»

— Выше вы упомянули о проблемах экологии. А как вы относитесь к проекту создания безуглеродной зоны в Восточной Сибири?

Пожалуй, как к научной фантастике. На самом деле, почти весь уголь стране дает Сибирь. Пренебрегать этим фактом нельзя. И в Германии, и в других европейских странах есть сектор энергетики, который держится на угольной генерации. Пусть делают безуглеродную зону где-нибудь в Африке, там, где тепло. Но не в Сибири. Без угольной отрасли мы потеряем в экономическом потенциале. Однако верно и то, что нельзя пренебрегать экологическими требованиями.

Мы завершили первый этап работы над программой стратегического развития Красноярского края. Заксобрание должно ее рассматривать и утверждать. Главный ее тезис «край — для человека». Если говорить более конкретно: край не должен идти ни на какие экологические компромиссы. Это не значит, что мы должны закрывать производства. Они дают силу территории. Но увеличивать экологическую нагрузку на человека больше нельзя. Поэтому я готовлю документ, исключающий возможности продления действия различных экологических льгот для предприятий. Программа лимитов выбросов принята, бывает, что та или иная компания ходатайствует о продлении на пару лет. Раньше мы шли на уступки, допускали послабления. Больше не пойдем.

Мы готовим к внедрению более жесткие требования к качеству бензина, к двигателям автомобилей, чтобы снизить нагрузку на экологию. В свое время в Новосибирске я говорил, что нельзя пускать транспорт большой грузоподъемности по мостам. Что-то подобное, на мой взгляд, необходимо делать в Красноярске.

Отказаться от угольной генерации никак не получится. Однако край работает над программой газификации, все равно будем проводить природный газ, особенно в экологически сложных городах — в Красноярске, Ачинске в первую очередь нужно менять угольную генерацию на газовую. Но на территории добывается 37 миллионов тонн угля и этим нельзя пренебрегать. У нас есть крупные ГРЭС, которые должны остаться на угле. Они находятся за чертой больших городов, обладают современной очисткой. Поэтому будем наращивать мощности ГРЭС, искать новые способы эффективной глубокой переработки угля. Для этого необходимо предъявлять более высокие требования к технологиям. Сейчас мы рассматриваем несколько авторских изобретений, позволяющих снизить выбросы. Приходится искать различные подходы к исправлению экологической ситуации.

— Когда будет утверждена схема теплоснабжения Красноярска?

Идет её согласование в Министерстве энергетики РФ. Мешала некоторая несогласованность в позициях между краем, городом с одной стороны и крупнейшей генерирующей компанией — с другой. Я против того, чтобы схема теплоснабжения шла через административное закрытие теплоисточника. Ведь нужно уважать законы конкуренции, законы рынка. Просто любая генерация должна соответствовать экологическим требованиям. Главное, чтобы ни одна котельная не выбрасывала в атмосферу больше, чем крупная ТЭЦ. Еще один критерий — себестоимость гигаколорий. Мы не пойдем ни на экологические, ни на ценовые уступки. Держать маленькую котельную, которая сильно дымит и требует индивидуального тарифа — неправильно. Но стихийного закрытия не допустим. Все будет эволюционно, спокойно.

В принципе разработчики этот подход приняли. Думаю, буквально через нескольких недель схема будет утверждена. Это была очень серьезная работа.

— В какой стадии реализация проекта Богучанского алюминиевого завода?

Завод запущен. Его мощность по проекту шестьсот тысяч тонн в год. Производство состоит из четырех очередей — по 148-150 тысяч тонн. Почти вся общая инфраструктура построена — энергетика, экологическая очистка выходящих газов. В конце прошлого года запустили одну четверть мощностей, это 150 тысяч тонн в год. Запуск новых частей во многом зависит от коньюктуры рынка, от инвестиционных предпочтений компаний.

Компания, которая строит Богучанский завод, одновременно работает над Тайшетским заводом в Иркутской области. Лично мне кажется, Богучанский проект проще ввести, но как я понимаю, пока инвестиции идут и в Богучанский, и в Тайшетский. Все же надеюсь, в этом году мы приступим к подготовке ввода второй очереди Богучанского завода.

Думаю, хорошим стимулом может стать рост спроса на алюминий. Сейчас в разработке проект «Алюминиевая долина». Функционирует крупный завод по производству алюминиевых дисков для автомобилей. Недавно в Красноярске побывала делегация из Белоруссии во главе с председателем правительства, прошли переговоры по поставкам дисков. Речь шла об очень большом заказе, примерно на полмиллиона дисков.

Кроме того, у нас есть предприятия, производящие различные алюминиевые профили, другие изделия из алюминия. Мы планируем строить новый прокатный стан. Действует большой металлургический завод, изготавливающий блоки из жидкого алюминия. Они поставляются по всей России, по всему миру. Нам недостает стана для прокатки тонкого листа, но база наработана. Инвестпроект требует около семи-восьми миллиардов рублей. В принципе, суммы вполне подъемные для «Русала», для Красноярского края. В общем, нужны дополнительные стимулы, позволяющие повысить рыночное потребление первичного алюминия. Так что не исключаю, что Богучанский и Тайшетский заводы выйдут на проектную мощность быстрее, чем планировалось. Там уже работает большой коллектив, развивается поселок для сотрудников. Богучанская ГЭС работает вовсю. Все это дало краю большие возможности, открывает хорошие перспективы. Проект Богучанского алюминиевого завода необратим, ввести оставшиеся очереди — это теперь дело техники.

— Вы упоминали о планах развития тепличных хозяйств в Красноярском крае. Представители различных компаний сектора говорили о вашем интересе в этой сфере, о том, что идут переговоры…

Один большой проект уже на старте – в Шарыповском районе. Что касается разработки по Минусинскому району, он тоже, на мой взгляд, вполне реалистичный. Прирост мощности уже произошел. Катализатором послужило импортозамещение. Но по ряду направлений краю по-прежнему недостает собственного производства. Я ставлю задачу, чтобы по всем основным сельскохозяйственным продуктам — зерно, мясо, молоко, яйцо, картофель, овощи — Красноярский край был региональный экспортером. По каким-то позициям у нас избыток. Например, зерна мы больше производим, чем потребляем. То же самое – яйца и картофель. По молоку у нас относительный баланс. Но по мясу недостает около 35 процентов. И овощами себя пока не обеспечиваем. Хочется изучить опыт посадки овощей в закрытом грунте и попробовать выращивать их таким способом у нас в Норильске. Там есть природный газ. Достаточно большой концентрированный спрос — все-таки проживает 170 тысяч человек. Я считаю, что проект будет реализован. В следующем году попробуем его начать.

«Политическая обстановка вполне спокойная»

— Как вы оцениваете политическую ситуацию в Красноярском крае в этот предвыборный год?

— Предвыборный процесс уже стартовал. Его активизировали праймериз «Единой России». Кроме того, импульсом является кампания по выборам в заксобрание. Безусловно, стоит ждать острой конкуренции. Выборы в краевой парламент традиционно очень конкурентны, что в очередной раз подтвердило предварительное голосование.

Но в принципе обстановка вполне спокойная. Власть края открыта, будем твердо соблюдать все требования закона. Мне кажется, что мы готовы пройти предвыборный этап без особых скандалов, конфликтов, разъединяющих общество. В своих интервью и различных обращениях я все время подчеркиваю: можно спорить о конкретных программах, о том, какой кандидат больше нравится, но нельзя терять чувства ответственности за настоящее и будущее края и нельзя, занимаясь политикой, забывать слово «нравственность».

В красноярцах развит патриотизм, это плюс. И мы должны продолжать укреплять веру жителей в себя и в силу региона. Потенциал Красноярского края огромен, он неисчерпаем. Горнодобывающая промышленность на пике, еще столько всего нереализованного. Алюминиевая промышленность переживает рост. У нас есть новые месторождения нефти и газа. Но самое главное: в Красноярском крае большие резервы роста наукоемкой современной промышленности. У нас расположен мощнейший Сибирский Федеральный университет, где уже сегодня учится больше тридцати тысяч студентов. Укрепление материальной базы идет очень быстро. К Универсиаде построим еще шесть 17-этажных общежитий. В планах возведение поликлиники, огромного медицинского центра для студентов и преподавателей. Разместим крупный центр питания, к Универсиаде в нем должно быть 950 посадочных мест. Мы спроектировали его так, чтобы потом переделать его в легкоатлетический манеж с множеством спортивных залов. Впрочем, не исключаю, что центр питания сохраним. Он, конечно, будет востребован при таком количестве учащихся.

Мы вошли в программу по развитию опорных университетов. К аэрокосмическому университету присоединяется технологический. В результате мы получим перспективную систему федеральных исследовательских центров, объединяющих академические институты в одно целое. Опорный университет сможет рассчитывать на преимущество при распределении госзадания, госзаказа, государственного финансирования. У нас есть отраслевые региональные вузы — медицинский, педагогический, агарный университеты, а также единый творческий вуз.

— На политическое развитие Красноярского края в прошлом оказывали влияние отношения крупных компаний по линии Север — Юг, «Норильский никель» – «Русал». Насколько остро чувствуется сейчас конкуренция этих компаний, расхождение их интересов?  

Конечно, эти отношения потеряли остроту. В недавнем прошлом источником напряжения служила борьба акционеров «Норильского никеля». Сегодня этого уже нет, по крайней мере не проявляется ни в политической плоскости, ни в СМИ. Пресса тем не менее сигнализирует о том, что существуют различные точки зрения на происходящее в крае. Важно, чтобы дискуссия сохранялась в рамках корректности. Нельзя размещать информацию, которая унижает, оскорбляет, подрывает уверенность людей в собственных силах и в силах края. К сожалению, возникали ситуации, когда я вынужден был на публику говорить: я прошу вас, поймите, что СМИ не могут быть инструментом, подрывающим общественный потенциал. Но я со своей стороны не буду применять административные рычаги, чтобы бороться с этим. В Новосибирске никогда не выступал против СМИ и, конечно, не сделаю этого в Красноярском крае. Я открыт для всех. Хотя может быть кто-то и ждет, что я закручу гайки.

Редакция «КС» открыта для ваших новостей. Присылайте свои сообщения в любое время на почту news@sibpress.ru или через наши группы в Facebook и ВКонтакте
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона.
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ